Отношение полицейских к Фалуньгун определяет их судьбы

(Minghui.org) В 2006 году одну практикующую Фалуньгун (Фалунь Дафа) арестовали за то, что она раздавала в общественном месте книги «Девять комментариев о коммунистической партии». Позже в её доме провели незаконный обыск, во время которого полицейские забрали многие её вещи, в том числе принтер. Я хорошо знала нескольких полицейских и решила пойти в отделение полиции, чтобы попросить их отпустить её.

Сначала я пошла к начальнику полиции и попросила его отпустить соученицу. Он решительно покачал головой и отказал. Не видя другого выхода, я всё обдумала и решила навестить его дома. Открыв дверь и увидев меня, он так испугался, что быстро захлопнул её. После этого я написала ему письмо, в котором призывала его поступить по совести. С тех пор он избегал меня при любой возможности. Вскоре после этого случая его жена с ним развелась, и он до сих пор живёт один.

Затем я навестила своего друга Цзя, который тоже был полицейским, но я не знала точно, какую должность он занимал. Цзя сказал: «У вас была целая ночь, почему вы не вынесли эти вещи из её дома?» Он имел в виду принтер и бумагу для печати.

«Я никогда раньше не сталкивалась ни с чем подобным, поэтому не знала, что нужно делать», – ответила я.

Цзя объяснил: «В наши дни мелких воришек и тех, кто занимается проституцией, отпускают на свободу, но когда дело касается практикующих Фалуньгун, никто не осмеливается их отпускать».

Сестра Цзя, которая была там в тот момент, насмешливо сказала, обращаясь ко мне: «Ха, а ты всё ещё практикуешь Фалуньгун!»

Цзя возразил: «Что плохого в том, чтобы практиковать Фалуньгун? У людей есть право на свободу вероисповедания!»

Меня тронули добрые слова Цзя. Арестованная практикующая под давлением назвала моё имя полицейским. После этого случая многие люди, в том числе соученики, стали избегать меня, опасаясь, что их обвинят в соучастии. Мой муж, который не практиковал Фалуньгун, был так напуган, что уехал и не возвращался домой больше 40 дней.

Полицейские позвонили младшему брату моего мужа и спросили, практикует ли он Фалуньгун. Они не осмелились напрямую спросить его, практикую ли я, но запугали его семью. Брат мужа пришёл ко мне домой, стал ругать меня и назвал сумасшедшей.

Цзя, полицейский, который осмелился сказать мне пару добрых слов, позже получил повышение и стал заместителем начальника управления общественной безопасности в столице провинции, хотя у него было только среднее образование. У него была счастливая семья, а его дочь поступила в медицинский институт.

Был ещё один полицейский по имени И, которого я знала. Однажды я увидела его и хотела поздороваться, но он отвернулся и сделал вид, что не заметил меня. В то время И был начальником отдела и считал себя выше других. Он вёл себя так после того случая с арестом потому, что боялся, что его обвинят в соучастии. Позже я узнала, что у И диагностировали рак и он потратил много денег на лечение. Его семья оказалась в тяжёлом финансовом положении, и, когда сбережения закончились, он умер, не дожив до семидесяти лет.

Жена одного полицейского, Дин, была знакома с моей родственницей. Родственница попросила меня прекратить распространение материалов с разъяснением правды, потому что Дин видела, как я заходила в их дом с сумкой. Дин спустилась на лестничную клетку и обнаружила у двери каждой квартиры книгу «Девять комментариев о коммунистической партии». Она собрала их все, принесла домой и сожгла, сказав, что боится, как бы другие не узнали, что это я их раздавала.

Я подумала: «Если бы она не хотела читать эту книгу у себя дома, мне было бы нечего сказать. Но зачем забирать книги у других людей? Они заслужили право узнать правду».

Позже я узнала, что у Дин появилась странная болезнь: она не могла стоять на ногах, но врачи не могли определить причину. Сейчас она прикована к инвалидному креслу и полностью зависит от мужа.

Её муж однажды сказал мужу одной практикующей, что видел, как она общалась со мной, хотя наш разговор был очень коротким. Я сказала той практикующей: «Не беспокойся об этом. Разве нам нельзя просто поговорить?»

Был ещё один полицейский, Чжан, который работал в управлении общественной безопасности в другом городе. В 1999 году, когда только началось преследование Фалунь Дафа, Чжан активно участвовал в изъятии Книг Дафа, потому что хотел получить повышение. У его сына диагностировали аутизм, вскоре после того как он пошёл в среднюю школу. Сейчас сыну Чжана за тридцать, но он не может обеспечивать себя и полностью зависит от пенсии родителей.

У меня есть подруга Ван, которая отличается обострённым чувством справедливости. Когда в 2006 году я узнала, что полиция собирается обыскать мой дом, я спросила её: «Полицейские придут обыскивать мой дом. Ничего, если я на время оставлю у тебя кое-какие вещи?»

Она согласилась: «Не думаю, что они осмелятся прийти ко мне домой». Она также ходила со мной по всяким делам и прикрывала меня, когда я раздавала материалы. Её семья испытывала финансовые трудности: муж зарабатывал мало, а им нужно было содержать дочь. Но вскоре после того как Ван помогла мне, её дочь поступила в колледж. Затем Ван открыла небольшой бизнес, и жизнь её семьи наладилась.

Ли, начальник полицейского участка и один из моих дальних родственников, однажды донёс на практикующего, получив письмо с разъяснением правды. По его доносу были арестованы несколько практикующих; двое из них были незаконно осуждены. За несколько лет до этого я написала ему письмо, в котором призывала его относиться к практикующим Фалунь Дафа с добротой. В 2021 году, после того как мою мать, пожилую практикующую, и меня арестовали за распространение материалов, мой муж обратился к Ли за помощью, но тот отказал. Недавно Ли лишился должности начальника полиции и был понижен в звании до рядового.

Это были люди, которых я хорошо знала. Я искренне надеюсь, что полицейские и сотрудники правоохранительных органов, которые до сих пор помогают злобной партии преследовать практикующих Фалунь Дафа, задумаются о своих действиях. Ради себя и своей семьи, пожалуйста, измените своё отношение к Фалунь Дафа. Это истинный путь к обретению благополучия.