Дочь помогала мне избавиться от обиды и негодования

(Minghui.org) Я начала заниматься Фалунь Дафа в 2020 году. Сейчас моей дочери 15 лет, а это обычно возраст подросткового бунта. До начала совершенствования по Дафа я, теряя самообладание, ругала, а иногда и била дочь. В результате она меня возненавидела.

Изучая Фа, я поняла, что моё отношение к ней было неправильным, и начала меняться.

Поначалу я просто старалась контролировать себя, когда у нас возникали конфликты, потому что на самом деле ещё не совсем понимала, как совершенствоваться, и просто пассивно справлялась с ситуацией.

Иногда мне казалось, что пройти все эти испытания, в которых проверялся мой Синьсин, слишком сложно, и я задавалась вопросом, не являются ли они результатом кармы: возможно, дочь так ко мне относится, потому что я должна отдать ей кармический долг.

У меня появился страх – я боялась, что дочь меня не послушает. Я не смотрела на вещи с её точки зрения и не пыталась понять её позицию, не говоря уже о милосердии к ней. Я просто продолжала жить, основываясь на своём поверхностном понимании принципов Фа.

Моя скрытая привязанность к страху и тревоге была неосознанным признанием предустановлений старых сил, преследовавших меня.

Недавний небольшой инцидент помог мне по-новому посмотреть на проблемы в отношениях между мной и дочерью, и я хотела бы поделиться с вами некоторыми из своих размышлений.

Дочь учится в техническом училище в городе, где живет её бабушка, поэтому она всегда ездит к ней на выходные. Однажды в среду дочь позвонила мне и сказала, что у неё поднялась температура и ей нужно отдохнуть.

Я позвонила в училище и договорилась о том, что её не будет несколько дней. Пока дочь была у бабушки, у неё почти не было никаких признаков болезни. В воскресенье, когда она должна была вернуться в училище, она сказала мне, что пока не хочет возвращаться, и попросила позвонить в училище и договориться, чтобы ей разрешили вернуться в понедельник.

Я позвонила в училище и сказала, что дочь придёт на занятия в понедельник утром, думая, что чем раньше она вернётся, тем лучше.

Рано утром в понедельник я отправила ей сообщение, напомнив, что ей нужно собираться в училище. Она ответила мне около 11:30: «Я не могу прийти сегодня утром. Пожалуйста, позвони в училище и скажи, что я приду после обеда».

Я ответила: «Ничего страшного, если ты немного опоздаешь. Поторопись и соберись. Если учительница спросит, я скажу, что ты уже в пути».

После 13:00 я написала ей сообщение, в котором спросила, приехала ли она в училище. «Нет», – ответила она.

«Ты уже в пути?» – спросила я.

«Ещё нет, но, может быть, скоро выйду», – ответила она.

После 13:30 мне позвонила учительница и спросила, почему моя дочь до сих пор не вернулась в училище. Я позвонила дочери и спросила, едет ли она в училище

«Ещё нет», – ответила она.

«Но разве ты не говорила, что скоро поедешь?» – снова спросила я.

«Скоро и поеду», – ответила она. Я спросила её ещё несколько раз, и она начала терять терпение, но всё ещё не ехала в училище.

«Просто скажи мне, когда примерно ты будешь в училище, чтобы я могла сообщить твоей учительнице», – попросила я её.

«Может быть, до трёх часов», – ответила она, и после этого я сообщила об этом учительнице.

«Дай мне знать, как только приедешь в училище», – написала я ей сообщение после 14:00. Она не ответила.

«Ты уже приехала в училище?» – снова спросила я её в сообщении около 15:00. Она не ответила.

Я позвонила ей сразу после трёх часов, но она не ответила. Затем она прислала мне сообщение, в котором написала, что не хочет идти сейчас, может быть, пойдёт позже. Я спросила её, почему; она написала, что просто не хочет идти.

Всё это время я чувствовала беспокойство и тревогу. Я переживала за дочь, но одновременно испытывала обиду и смотрела на дочь свысока. Я не хотела снова звонить её учительнице, потому что боялась, что она подумает, будто я не сдержала своё слово. В то же время меня беспокоило, что дочь может отказаться ходить в училище. Короче говоря, мои мысли были запутанными и хаотичными.

Я понимала, что должна посмотреть в себя, чтобы найти свои слабые места, но, обнаружив их, не знала, что делать дальше.

Я постоянно напоминала себе, что не должна позволять чувствам управлять собой, надо быть рациональной. Постепенно я перестала осуждать дочь и стала думать о том, как помочь ей понять принципы хорошего человека.

Скорректировав своё мышление и чувства, я снова позвонила дочери, и на этот раз мы разговаривали почти полчаса.

Я спросила её, почему она всё ещё не ушла в училище, и сказала, что не виню её, а просто хочу знать, в чём проблема.

«Я сказала тебе, что хочу вернуться в училище после обеда, но ты не договорилась об этом с учительницей. Ты просто такой человек», – сказала она.

«Почему же ты не сказала мне, что не сможешь прийти в училище к трём часам дня?» – спросила я.

«Пожалуйста, не назначай мне никаких временных рамок; это вызывает у меня беспокойство», – ответила она.

«Это моя вина. Я не посмотрела на вещи с твоей точки зрения и не знала, что это вызовет у тебя тревогу.

Я честный человек и всегда говорю то, что думаю. Если случается что-то неожиданное, я сразу говорю другой стороне, что произошло. Это проявление уважения к другим, – объяснила я. – В будущем я буду внимательнее прислушиваться к твоим словам и стараться уважать твои желания, а не навязывать тебе свою точку зрения».

Я также посоветовала дочери постараться постепенно преодолевать чувство тревоги, разумно планируя своё время, чтобы всё успевать делать вовремя, а также сказала ей, что нам нужно проявлять честность в своих поступках. Дочь приняла мой совет.

Сразу после пяти часов вечера дочь позвонила и сказала, что она в автобусе. Затем она отправила мне несколько сообщений:

«Мама, я была немного груба, разговаривая с тобой по телефону сегодня. Я и раньше вела себя довольно плохо, прости».

«Тебе не нужно всегда жертвовать ради меня».

«В прошлом я относилась к тебе не очень хорошо; я также не подумала, что просьба о том, чтобы я пропустила занятия в училище, – это для тебя нечто большее».

«Спасибо, мама. Прости».

«Я прислушаюсь к тому, что ты мне сказала, и тебе не нужно постоянно идти на компромиссы и терпеть это».

Я была очень рада, читая эти сообщения от дочери, и чувствовала, что Учитель устранил негативные моменты в наших отношениях. Спасибо, Учитель!

Благодаря этому случаю я поняла, что в решении проблем у меня было много человеческих привязанностей и мало милосердия и доброты. Я справлялась с ситуациями, прибегая к вынужденной терпимости, смешанной со всевозможными человеческими понятиями, такими как страх, робость и т. д., что заставляло меня действовать пассивно или вообще не знать, что делать.

Мне ещё предстоит долгий путь в совершенствовании, но я думаю, что теперь нашла правильное направление и знаю, как двигаться дальше.

Вышеизложенное – лишь часть моего личного понимания. Пожалуйста, укажите, если что-то не так.