Подтверждать Фа, противостоя преследованиям, с праведными мыслями пройти свой путь

Янв. 19, 2010 | Минхуэй

Подтверждать Фа, противостоя преследованиям, с праведными мыслями пройти свой путь

Опыт, представленный для Шестой Интернет-конференции Фалунь Дафа по обмену опытом самосовершенствования учеников материкового Китая

Здравствуйте, милосердный Учитель!

Здравствуйте, соученики!

Я практикующая, проживающая в сельской местности. Вследствие некоторых приобретённых представлений я никогда не писала статьи по обмену опытом, так как думала, что недостаточно образована. Теперь я поняла, что обмен опытом входит в сферу моей ответственности как ученицы Дафа. Я удостоилась стать ученицей Дафа периода Исправления Законом . Великий Фа исправил меня . Я совершенствуюсь по Дафа 14 лет, и это счастливейший период моей жизни. Я также на протяжении 10 лет совершенствуюсь в период Исправления Законом. Так же, как и тысячи других учеников Дафа, я выдержала жестокие репрессии, была вынуждена изменить привычный образ жизни и покинуть родной дом. Я перенесла бесчисленные страдания. Лишь моя вера в Учителя и в Дафа оставалась незыблемой, и я никогда не колебалась в своём совершенствовании. Благодаря милосердной защите Учителя нам удалось пройти наш долгий путь.

У моего мужа начались проблемы со здоровьем, когда нашему сыну исполнилось всего восемь месяцев. Через семь или восемь лет, наделав множество долгов, муж так и не смог вылечиться. Мы начали практиковать Дафа, надеясь, что это поможет излечить болезни моего мужа. Чудесная сила исцеления Дафа оказала глубокое воздействие на всю нашу семью, в которой все стали практикующими. Мы начали распространять Фа в нашем городе и на общественных началах обучали упражнениям. Постепенно более 400 человек в нашем городе обрели Фа.

Когда в 1999 году коммунистический режим начал преследование практикующих Дафа, наша семья стала основным объектом преследования. Так как мой муж был местным координатором, за ним постоянно наблюдали и следили; после 25 апреля 1999 года местные власти непрерывно беспокоили нашу семью. Порой нам не позволяли даже выйти из дома на работу. 20 июля 1999 года три координатора из нашего города были арестованы. Все практикующие нашего города вышли с обращением к городской администрации с требованием освободить этих троих практикующих. В итоге все трое были освобождены. В тот вечер мы собрались в обычном месте для занятий и совместно выполняли упражнения, в то время как полицейские и сотрудники городской администрации наблюдали за нами, пока мы не закончили. Вернувшись домой, я обнаружила, что входная дверь и заднее окно находятся под наблюдением, а наш дом обнесён электрическими огнями. Они заперли на ночь нашу входную дверь на железный прут и открыли её лишь днём. Они наблюдали за входной дверью, чтобы убедиться, что никто из нас не покинет дом. В то время мы фактически находились под домашним арестом.

22 июля 1999 года свыше 30 человек трижды обыскивали наш дом. Мой старший брат, не практикующий, пришёл навестить меня. Он был жестоко избит полицейскими и несколькими сотрудниками городской администрации в полицейском участке. Нас с мужем отвезли в полицейский участок, где продержали свыше 10 дней, подвергая избиениям и пыткам.

Зимой 1999 года один из практикующих поехал в Пекин для подтверждения Фа. Он был арестован и подвергнут пыткам . Власти путём вымогательства забрали у его родственников 20000 юаней. Те не выдержали оказываемого на них давления и сообщили властям имена других практикующих. В результате мой племянник, не практикующий, был также арестован и избит. Мы с мужем были избиты так сильно, что наши тела стали чёрно-синего цвета.

На восьмой день четвёртого месяца 2000 года по лунному календарю, в День Рождения Учителя, мой муж, я и ещё один практикующий были доставлены в местную администрацию и подвергнуты пыткам. Отравленные пропагандой компартии Китая (КПК), сотрудники администрации думали, что все практикующие Фалуньгун подобны тем, кого они видели по телевидению, поэтому они избивали нас с неукротимой ненавистью. Они запрещали нам говорить и избивали нас тремя железными стержнями и кожаными полицейскими дубинками, усеянными шипами. Две дубинки в процессе избиения сломались. Они избили меня так сильно, что я была не в состоянии подняться с цементного пола. Мои ноги так распухли от ударов, что я не могла даже ходить в туалет. Опухоли на ногах не спали даже спустя месяц. Два других практикующих страдали ещё больше, чем я. Без защиты Учителя мы все стали бы инвалидами.

Но каким бы бесчеловечным преследованиям мы ни подвергались, наша вера в Учителя и в Дафа оставалась стойкой. Мы твёрдо верили, что в практике нет ничего плохого, и нет ничего неправильного в том, чтобы быть хорошим человеком. Нас не должны преследовать. Мы хотели поехать в Пекин для подтверждения Фа, однако меня останавливал страх снова подвергнуться пыткам. Через изучение Фа и обмен опытом с друзьями-практикующими в июле 2000 года я смогла совершить прорыв. Мы с мужем поехали на поезде в Пекин; в поезде мы встретили других соучеников. Я мгновенно почувствовала, как моё тело необыкновенно засияло, в сердце было ощущение счастья. Я сказала себе: «Я еду в Пекин для подтверждения Фа. Я вернусь назад тем же путём, как приехала, и больше не буду признавать эти дьявольские преследования».

По возвращении из Пекина я обнаружила, что в связи с нашим отъездом в Пекин местные силы зла были напуганы. Они арестовали всех практикующих нашего города и повсюду искали меня и моего мужа. Говорили, что они дважды безуспешно ездили в Пекин, чтобы отыскать нас. Поэтому мы не вернулись домой. Вместо этого мы арендовали жильё и нашли временную работу. Когда мы обрели наше временное убежище, то увидели, что оно готово к заселению. Я была очень взволнована, думая, что это, должно быть, Учитель неизменно заботится о нас. На работе мы разъясняли людям правду о Фалуньгун, и они знали, что Дафа несёт добро.

Владелец фабрики, на которой я работала, прочёл переданные мною материалы и узнал, что все практикующие Фалуньгун являются хорошими людьми, а не такими, как это было показано по телевидению. Мы с мужем работали на фабрике и хорошо выполняли свою работу. Хозяин был очень доволен. Рядом с местом жительства у нас было открытое место для практики. Тогда у нас не было достаточного опыта работы по разъяснению правды. Преимущественно мы распространяли информационные материалы и развешивали самоклеящиеся плакаты. В декабре 2000 года мой муж и другой практикующий были арестованы во время распространения материалов. Они были доставлены в полицейский участок, где полиция избивала и пытала их трое суток, пытаясь заставить их раскрыть источник разъясняющих правду материалов. Мой муж ничего не сказал. В конечном итоге другой практикующий был отправлен в исправительно-трудовой лагерь, а мой муж был на месяц заключён в центр «промывания мозгов», после чего был переведён в другой аналогичный центр, где находился в течение трёх месяцев.

Поначалу я не знала об аресте моего мужа и использовала стационарный телефон, чтобы связаться с ним. Власти могли отследить телефонный звонок и обнаружить место нашего пребывания. Как только я узнала об аресте мужа, то быстро ушла со съёмной квартиры. Затем я подумала: «Здесь что-то не так. Мы должны оберегать Дафа так же, как оберегаем собственную жизнь. Как я могла уйти, не забрав с собой книги Дафа и записи упражнений? Если эти материалы будут утрачены, останусь ли я по-прежнему ученицей Дафа?» Поэтому я вернулась и спрятала все материалы, связанные с Фалуньгун, перед тем, как уйти снова. Вскоре после того, как я покинула съёмную квартиру, она была обнаружена властями. Стояла поздняя ночь, поэтому я поехала к родственникам. Но спустя несколько дней я узнала, что там я не смогу делать упражнения или изучать Фа. Я хотела найти какую-нибудь временную работу, чтобы материально поддерживать себя на время, пока я скрывалась от властей. Но люди были напуганы (что я практикующая), и никто не хотел взять меня на работу. Так я скиталась в обществе больше трёх месяцев, перенося всяческие бедствия. Даже маленькие дети издевались надо мной. Этот опыт помог мне устранить множество привязанностей.

С приближением Китайского Нового года мои пристрастия начали проявляться. Я думала о своей 78-летней свекрови и 11-летнем сыне, которые остались одни дома, и о которых некому было заботиться. Я также думала о своём муже, переносившем страдания в центре «промывания мозгов». Но я не могла вернуться домой, пока власти продолжали разыскивать меня. Я чувствовала себя очень плохо.

В канун Нового года представители властей пришли в мой дом, разыскивая меня. Увидев, что меня там нет, они пошли к моим родителям, но также не нашли меня. К тому времени я обнаружила, что один из моих родственников находился в отъезде, так что я смогла встретить Новый год у них в доме.

После трёхмесячного заключения благодаря защите Учителя мой муж был освобождён. Мы снова нашли временное убежище вдали от дома. Я также нашла работу недалеко от места, где мы жили. Я знаю, что всё было запланировано Учителем. Пока я работала, мой муж распространял разъясняющие правду материалы. Мы смогли сводить концы с концами. Когда у меня было время, я также выходила и распространяла материалы с разъяснением правды. В то время немногие практикующие могли выходить, поэтому мы с мужем несли большую нагрузку. Периодически мы сталкивались с различными невзгодами. Но благодаря милосердной защите Учителя мы никогда не подвергались настоящей опасности.

Со временем всё больше и больше центров по изготовлению информационных материалов появлялось в близлежащих деревнях. Поэтому мы с мужем ездили на мотоцикле в более отдалённые местности. В одной деревне я была остановлена вооружённым охранником. Он ударил и потащил меня, угрожая ножом. Я подумала: «Тело Закона Учителя защитит меня. Я не боюсь тебя». Вскоре этот человек оставил меня, и я поехала в другие деревни распространять материалы.

Летом 2001 года моего мужа снова арестовали вместе с семью другими практикующими. Их отправили в исправительно-трудовой лагерь, а мужа оставили в центре заключения на месяц, потом перевели в местный полицейский участок. Полицейские хотели отправить его в исправительно-трудовой лагерь, но он не прошел обследование на физическую пригодность. Полицейский участок попытался подкупить трудовой лагерь, чтобы те его приняли, но у них ничего не получилось, тогда они продолжили пытать его. Муж объявил голодовку. Через трое суток у него появились признаки угрозы для жизни, поэтому полицейские, в конце концов, отпустили его.

Через три дня после того, как муж вернулся домой, когда он всё ещё лежал в кровати, идя на поправку, два чиновника городской администрации пришли к нам домой. Они заставили мою свекровь уйти из дома, заперли дверь и начали жестоко избивать моего мужа. Через три дня они снова пришли, чтобы забрать его, но муж сопротивлялся. Поняв, что его не оставят в покое дома, муж был вынужден снова уйти.

В 2003 году практикующие, организовавшие центр по производству материалов, были арестованы, и всё меньше и меньше практикующих печатали разъясняющие правду материалы. Тогда мы с мужем решили организовать свой собственный центр по производству материалов. Я думаю, что Учитель увидел наше желание и запланировал так, чтобы один практикующий прислал нам оборудование для создания центра по производству материалов. Оно безотказно работало пять лет. В октябре 2008 года наш центр по производству материалов был обнаружен, и меня арестовали. Мой муж сумел скрыться и оповестить практикующих, которые контактировали с ним.

В тот вечер меня доставили в отделение общественной безопасности. Я сказала себе: «Даже если мне придётся потерять это человеческое тело, я не буду сотрудничать со злом и предавать других практикующих». Затем я подумала: «Я не должна так думать. Если мне придётся умереть, это произойдёт не по планам Учителя, а будет означать, что я следовала предустановлению старых сил. Я должна полностью отрицать эту мысль и идти по пути, который Учитель запланировал для меня».

Я была решительно настроена не сотрудничать со злом, полностью отрицать предустановления старых сил. Я ничего не говорила . Ни слова . Один из полицейских попросил меня поднять голову и посмотреть на него. Я так и сделала. Я смотрела прямо ему в глаза и одновременно с этим отправляла праведные мысли на уничтожение всех злобных элементов, которые манипулируют полицейскими за их спинами. Полицейский увидел, что я не затронута, тогда он начал пинать меня по ногам и разбил своими каблуками мои колени. Я продолжала смотреть на него в упор с сильными праведными мыслями. Ему было тяжело это вынести, и вскоре он больше не смотрел на меня. Я сказала себе: «Как бы ни безумствовали злые силы, я останусь незатронутой и смогу управлять ситуацией». Это продолжалось до следующего дня. Все полицейские устали и отправились домой спать. На мои руки, заведенные за спину, надели наручники и завязали глаза. Я продолжала отправлять праведные мысли.

На следующий день меня отправили в центр заключения. Оказавшись там, я спросила себя: «Что стало причиной моего ареста сейчас?» Я начала успокаиваться и смотреть в себя. Я обнаружила множество своих пристрастий – к комфорту, к соперничеству, пристрастие к себе и подтверждению себя, нежелание подвергаться критике. Однажды у меня вышел большой спор с мужем, поскольку мне не нравится подвергаться критике. Я вела себя очень нерационально, не как практикующая. Под влиянием приобретённых представлений я кричала на мужа: «Если бы меня арестовали и забрали отсюда, мне бы не пришлось быть здесь с тобой и так расстраиваться!» Как только я сказала это, мой муж попросил меня забрать свои слова обратно. Но поскольку я заботилась только о том, чтобы «сохранить лицо», я не хотела забирать свои слова обратно, несмотря даже на то, что знала, что это неправильно. Старые силы воспользовались моей неправедной мыслью. Я не только была арестована, я также нанесла большой урон Дафа. Меня терзали угрызения совести.

Обнаружив коренную причину своего ареста, я сразу же убрала все свои человеческие мысли. Помимо отправления праведных мыслей я цитировала каноны Учителя. Я также пыталась разъяснять правду заключённым и просила их выйти из КПК и всех связанных с ней организаций. Я каждый день вставала в 3:40 утра и делала упражнения. Иногда я просыпала, тогда мои сокамерники будили меня.

Здесь я также хотела бы поделиться своими мыслями о том, что заметила в центре заключения. Некоторые практикующие объявили голодовку в центре заключения и в результате много страдали. Я не думаю, что объявлять голодовку неправильно. Но нам нужно ясно понимать, почему мы объявляем голодовку, по каким духовным мотивам и когда. Мы, ученики Дафа, олицетворяем Дафа. Что бы мы ни делали, мы всегда должны думать о том, полезно ли это для подтверждения Фа и спасения живых существ. Тогда зачем мы объявляем голодовку? Если причиной является страх быть отправленным в трудовой лагерь или надежда пораньше освободиться, тогда я скажу, что такая цель не чиста. Этим упущением могут воспользоваться старые силы и продолжать преследовать нас. Многие практикующие подверглись разного рода пыткам, но в конце их всё равно отправили в исправительно-трудовой лагерь или приговорили к заключению. Многие из них всё ещё находятся в центре заключения. Я увидела, что большинство практикующих, которые объявляли голодовку, были те, кто управлял центрами по производству материалов. Лично я думаю, неважно, какую работу мы делаем для Дафа, это не должно быть использовано злом как оправдание нашего преследования. Мы не должны давать им никаких показаний, подписей, отвечать на любые их вопросы во время предъявления обвинения. Словом, мы вообще не должны сотрудничать со злом. Мы не сделали ничего плохого, и Учитель всё время наблюдает за нами.

Учитель сказал: «Находясь в темнице, не надо печалиться. Праведно мыслите, праведно поступайте, есть Фа. Спокойно подумайте, как много пристрастий. Покончите с человеческим сердцем, и зло само проиграет» (стихотворение «Не печальтесь» из сборника «Хун Инь – II »).

Всё, что сказал Учитель, – это Фа. Если только мы по-настоящему принимаем Фа за Учителя, по-настоящему смотрим в себя и устраняем наши человеческие пристрастия, мы можем полностью отрицать все планы старых сил и идти путём, запланированным нам Учителем. Мы не обязательно должны объявлять голодовку и переживать физические страдания.

В тот раз я находилась в заключении 40 дней, и меня девять раз привлекали к суду. Каждый раз я могла сохранять праведные мысли и праведные поступки, отказываясь сотрудничать со злом. В моём сердце был Фа, и я руководствовалась Фа при оценке происходящего. Когда я устранила свои пристрастия и принимала Фа как Учителя, я могла ясно видеть цель зла за каждым словом, каждым движением. Поскольку я отказалась сотрудничать с ними, они не получили от меня никаких признаний и подписей. Они попытались использовать в качестве доказательств для моего осуждения то, что они конфисковали из центра по производству материалов. Когда на тридцать второй день меня привлекли к суду, я сказала прокурору, что всё, что я делала, было хорошим, и если они попытаются использовать эти материалы в качестве улик для моего преследования, я не признаю своей вины. Через десять минут они более не могли продолжать судебное заседание и ушли. На тридцать седьмой день центр заключения был готов меня освободить. Но полицейские из отдела общественной безопасности стали возражать. Они сказали: «Ты ни в чём не призналась. Как мы можем отпустить тебя?» Тогда они доставили меня в отель и удерживали меня там.

Когда я не знала, что мне делать, Учитель напомнил мне, что пора объявлять голодовку. Благодаря милосердному усилению со стороны Учителя я не чувствовала ни жажды, ни голода трое суток. Один из руководителей отдела хотел применить ко мне принудительное кормление. Я сказала ему: «Я не боюсь принудительного кормления. Вы каждый день читаете сайт Минхуэй , поэтому должны знать, что существует всемирная организация, которая расследует преследование Фалуньгун. Если сегодня вы будете принудительно кормить меня, в будущем вас будет судить суд». Он был так шокирован, когда услышал это, что его лицо покраснело. После этого никто не смел подвергать меня принудительному кормлению. Так как я продолжала разъяснять им правду, их отношение ко мне становилось всё лучше и лучше. Кто-то сказал мне: «Ты должна просто есть или пить, когда хочешь. Когда власти придут проверять, мы просто скажем им, что ты объявила голодовку». Я осознала, что это было ещё одно испытание для меня. Как-то я встала посреди ночи, и охранник дал мне немного воды. Я отказалась . Он спросил: «Ты мне не доверяешь?» Я ответила: «Это не потому, что я не доверяю тебе, я объявила голодовку, поэтому не буду ни есть, ни пить». Он больше ничего не сказал. Позднее я обнаружила, что если бы я съела хоть что-то, мое заключение было бы более длительным.

Через трое суток благодаря праведным мыслям соучеников и милосердной защите Учителя меня освободили, и я с достоинством отправилась домой.

Эти испытания и уроки помогли мне стать более рациональной и здравомыслящей. Я сильнее осознала серьёзность совершенствования и поняла, как пройти остаток пути моего совершенствования. У нас есть Учитель, есть Фа. Мы будем хорошо изучать Фа и принимать Фа как Учителя. Мы будем праведно мыслить и праведно поступать, строго требовать от себя. Мы будем смотреть в себя, когда встречаемся с неприятностями, и по-настоящему совершенствовать себя. Мы будем хорошо выполнять три дела, согласно наставлениям Учителя, и спасём ещё больше живых существ. Мы праведно пройдём священный путь, запланированный нам Учителем, чтобы спасти живые существа и исполнить наш исторический обет. Мы также надеемся, что вскоре мы сможем увидеть Учителя.

Спасибо, Учитель, за Ваше милосердное спасение!

Практикующая из провинции Шаньдун

Версия на китайском языке находится на: http :// minghui . ca / mh / articles /2009/11/23/212949. html

Статьи на ту же тему

видеофильм: Фальшивый огонь

Video

Десять лет мужества

Video

© Copyright Minghui.org 1999-2021