(Minghui.org) В нашей семье из трёх человек царила атмосфера гармонии и счастья. Мы с мужем были честными, трудолюбивыми и бережливыми людьми, а сын – разумным и послушным. У нас были хорошие отношения с соседями и коллегами, и никто не ожидал, что мы, члены такой стабильной семьи, окажемся в тюрьме.
Однако с июля 1999 года, когда бывший лидер компартии Китая начал преследовать Фалуньгун (Фалунь Дафа), мы с мужем то и дело попадали в центры заключения, на сеансы «промывания мозгов», в психиатрические больницы, исправительно-трудовые лагеря и тюрьмы.
Исторически сложилось так, что если компартия Китая захочет с кем-то расправиться, на это ей понадобится не более трёх дней. Прошло более 20 лет, но мы всё ещё здесь, потому что Учитель заботится о нас.
У сына стабильная работа, наша семья увеличилась в два раза, и внуки хорошо себя ведут. Мы с мужем здоровы, и все мы озарены светом Закона Будды и принципами «Истина, Доброта, Терпение». Наше счастье отражается в наших сияющих лицах, и мы являемся предметом зависти соседей.
Мы никогда не забудем добрых людей, которые нам помогали. Здесь мы пишем об их добрых делах, чтобы память о них сохранилась навсегда и наши дети и внуки помнили об этом.
Начало преследования
В ноябре 1999 года муж поехал в Государственное бюро по приёму жалоб и обращений граждан в Пекине, чтобы подать заявление в защиту Фалуньгун, но полицейские привезли его обратно в наш район и доставила прямо в центр заключения. Это было сенсацией на нашей работе, и муж, который был тихим и скромным человеком, внезапно прославился.
Наш коллега, который уже был на пенсии, сказал, что компартия зашла слишком далеко, раз таких людей, как мой муж, сажают в тюрьму. Два сотрудника пришли, чтобы утешить меня. Учитывая, что вся государственная машина была настроена против нас, то их визит не был просто дружеским – это было проявлением их совести и чувства справедливости.
В марте 2000 года охранник центра заключения позвонил мне и сказал, чтобы я забрала зимнюю одежду мужа. Я пошла туда и дала ему главную Книгу Фалунь Дафа «Чжуань Фалунь», попросив передать её мужу. Он взял Книгу, перевернул страницу и, увидев портрет Учителя, спросил: «Это ваш Учитель?» Я кивнула. Он мягко сказал: «Вы хотите, чтобы я нарушил правила?» «Вам не обязательно делать это, – ответила я, – но я надеюсь, что вы тоже прочтёте эту Книгу».
Он спрятал Книгу во внутренний карман куртки и позже передал её мужу. Эту Книгу потом долго передавали друг другу другие практикующие, находившиеся в центре заключения. Спустя годы практикующий принёс Книгу из центра заключения.
В апреле 2000 года я поехала на площадь Тяньаньмэнь и когда села медитировать под флагштоком, меня заметил полицейский. Он не выдал меня сразу, а предложил идти домой, но я отказалась. В итоге меня отвезли в отдел Управления моей провинцией в Пекине.
Весь день со мной разговаривал пожилой полицейский. Я сказала ему, что Фалунь Дафа – это практика совершенствования системы Будды, которая учит людей быть хорошими, руководствуюсь принципами «Истина, Доброта, Терпение». Практикующие не наносят ответный удар, когда их избивают или ругают, и не совершают убийства и самоубийства.
Я написала на листе несколько стихотворений Учителя из сборника «Хун Инь». Он прочитал их и похвалил: «Они действительно хорошо написаны!» Потом он положил лист со стихами в карман. Этот полицейский принёс мне ужин, но офицер грубо сказал мне: «Не ешь нашу пищу, пусть тебе готовит её твой Учитель». Он строго сказал полицейскому: «Прекрати говорить глупости!»
Той ночью, приковывая меня наручниками к стулу, тот полицейский спросил, не слишком ли они тугие, и ослабил их. Ночью, поскольку было прохладно, он накрыл меня одеялом.
Меня незаконно держали под стражей 15 суток после того, как отвезли в мою провинцию. Охранники центра заключения каждое утро выпускали меня во двор, чтобы я помогала на кухне. Они говорили: «Вы не такая, как они [заключённые преступники]; вас можно не запирать». Они давали мне остатки жареных палочек из теста, которые были вкуснее, чем завтрак в столовой. Я отдавала их сокамерницам, а сама ела булочки и солёные огурцы.
Одну девушку задержали за употребление наркотиков, и её родители были крайне обеспокоены. Охранники сказали им: «Позвольте вашей дочери подружиться с практикующими Фалуньгун; они ей помогут». Позже девушка сказала остальным: «Мы находимся здесь, потому что этого заслуживаем, но тётя [имея в виду меня] здесь, потому что правительство ошибается».
Ещё одну девушку задержали за проституцию. Я помогала ей и разговаривала с ней о том, как быть порядочным человеком. Позже она сказала мне: «Я никогда больше не буду проституткой, даже если буду умирать от голода».
Через 15 суток я вышла из центра заключения. В июне 2000 года домой вернулся и мой муж. Руководство предприятия провело совещание, чтобы обсудить наше увольнение, поскольку мы оба ездили в Пекин, но наш непосредственный руководитель сказал: «Нет такого закона, по которому требовалось бы увольнять практикующих Фалунь Дафа, поэтому мы не можем этого сделать». В итоге на нас наложили лёгкое дисциплинарное взыскание.
23 декабря 2001 года директор нашего предприятия и агенты «Офиса 610» отвезли меня в психиатрическую больницу. На следующий день рано утром наш руководитель привёз мне одеяло и сказал: «Они сделали это за моей спиной. Я бы не позволил этому случиться, если бы знал».
Несколько дней спустя, когда муж возвращался домой из-за города, сотрудники «Офиса 610» остановили его на перекрёстке и попытались отвезти в психиатрическую больницу. Наш руководитель остановил их и сказал: «Он мой сотрудник, и я буду нести ответственность за всё, что произойдёт». Сотрудникам «Офиса 610» пришлось отступить.
В 2001 году после китайского Нового года начальник «Офиса 610» обратился к руководству предприятия с просьбой организовать слежку за моим мужем. Коллега, которому было поручено это, сказал моему мужу: «Руководство попросило меня присматривать за тобой».
В том году муж во время командировки остановился в номере гостиницы с тем коллегой. Горничная нашла Книгу Фалунь Дафа во время уборки номера и сообщила об этом в полицию. Когда полицейские приехали туда с обыском, коллега указал на сумку моего мужа и сказал: «Это мои вещи; их нельзя трогать». Доброта коллеги защитила моего мужа.
В 2009 году мужа незаконно поместили в исправительно-трудовой лагерь. После этого, когда наступал праздник Середины осени, директор предприятия отправлял к нему нижестоящего руководителя с лунными пирогами и фруктами (предыдущий директор был переведён на другую работу).
В 2014 году меня незаконно приговорили к тюремному заключению. Родственники из моего родного города приехали в наш город на микроавтобусе и сразу отправились в «Офис 610», где спросили, какой закон я нарушила, веря в принципы Фалуньгун и будучи хорошим человеком? Сотрудники «Офиса 610» и суда заявили: «С ней было бы всё в порядке, если бы она написала гарантийное заявление с обещанием перестать заниматься Фалуньгун, но она отказалась».
Каждый раз, когда что-то происходило, мои родственники были на стороне Дафа и никогда не помогали плохим людям.
Я регулярно и без проблем выполняла упражнения в центре заключения. Женщина, охранявшая нас, напоминала мне, что не надо делать упражнения возле двери, потому что у неё будут проблемы, если кто-то с противоположной стороны двора увидит, как я практикую.
Я находилась в тюрьме внутри тюрьмы потому что не отреклась от своей веры и поэтому была под постоянным контролем: рядом со мной круглосуточно дежурили две «помощницы», которые всегда искали повод, чтобы обругать или ударить меня. Если мне нужно было воспользоваться туалетом или ванной, все должны были освободить помещение, кроме «помощниц» и охранников.
Некоторые заключённые подходили ко мне и шёпотом советовали: «Когда они тебя будут бить, кричи: “Такая-то меня бьёт!” – и сообщи об этом охранникам, когда у тебя будет возможность». Хотя «помощников» выбирали тюремные надзиратели, последние не осмеливались открыто вставать на сторону заключённых, нарушавших тюремный распорядок.
Дежурным (обычным заключённым) не нужно было работать; они дежурили в камере, когда заключённые возвращались с работы, и дежурили по ночам. У них были определённые привилегии, такие, например, как доступ к горячей воде. Одна заключённая сказала мне: «Я могу принести тебе горячую воду, когда она тебе понадобится». Я ответила: «Обычно она мне не нужна, но иногда бывает очень холодно, и мне трудно заснуть после душа».
Она сказала: «Спрячь пакет с горячей водой под одеяло. Когда я снова приду, я наполню его горячей водой и засуну обратно тебе под одеяло». Она делала это каждый раз, когда я принимала душ зимой.
Раз в месяц в тюрьме давали поощрительное питание. Каждый тюремный блок сообщал в столовую о численности людей, и после получения продуктов старшие заключённые раздавали их. Главные сокамерницы съедали мою долю и говорили другим, чтобы они не делиться со мной своим пайком. Одна заключенная тайком положила часть своей порции в мою миску и подмигнула мне, чтобы я молчала.
На протяжении более 20 лет преследования люди дарили нам тепло и поддержку, исходя из чувства справедливости и доброты. В них я видела надежду для человечества. Я также увидела силу Истины, Доброты, Терпения.
Ради них я буду стараться изо всех сил, чтобы больше добросердечных людей смогли пробудиться от обмана компартии Китая, понять правду о Дафа и обрести светлое будущее.
Все материалы, опубликованные на этом веб-сайте, защищены авторским правом Minghui.org.