(Minghui.org) Примечание редактора: тюрьма Наньчан, расположенная в провинции Цзянси, является одной из основных тюрем для содержания мужчин, практикующих Фалуньгун (Фалунь Дафа) в провинции. Согласно сообщениям сайта Minghui.org, сотни практикующих Фалуньгун подвергались жестоким избиениям, поражению током электрических дубинок, принудительному тяжёлому труду, лишению сна и другим видам жестокого обращения во время пребывания в этой тюрьме.
В числе практикующих, погибших в заключении: Лань Ху, Ян Пиншэн, Ло Лайян, Лю Лэйма и Чжоу Чумин.
Ниже приводится рассказ одного из практикующих, который во время пандемии на пять лет был заключён в эту тюрьму. В целях безопасности его имя не разглашается.
В январе 2021 года, во время пандемии ковида, меня отправили в тюрьму Наньчан и поместили в приёмное отделение для «промывания мозгов». В течение месяца мне насаждали идеологию компартии, заставляли заучивать тюремные правила, маршировать по-военному и смотреть видео с клеветой на Фалуньгун. Затем меня перевели в отделение № 1 тюрьмы.
На территории отряда № 1 находится швейная мастерская. Среди практикующих, заключённых вместе со мной, были Пань Шуйцай, Лю Цюшэн и Ян Даюнь.
Ван Сян, недавний выпускник полицейской академии, отвечал за преследование практикующих Фалуньгун. Он запретил мне разговаривать с кем-либо и распорядился, чтобы восемь заключённых круглосуточно наблюдали за мной и подвергали пыткам. Ван также часто сам пытал меня. Однажды ночью он сковал мне руки наручниками за спиной и заставил встать перед ним на колени. Затем он ударил меня по лицу и стал щипать за руки и ноги. В результате на теле появились болезненные синяки, которые полностью исчезли только через два месяца. Когда я указал на то, что физическое насилие является незаконным, он ответил: «Это не является незаконным. Просто это противоречит правилам». Он часто пытал Яна, заставляя его стоять лицом к стене в течение нескольких дней подряд, пока у него не опухали ноги.
Цуй Цзюнь, инструктор тюрьмы, питал глубокую ненависть к Фалуньгун и жестоко пытал практикующих. Когда я в первый день вошёл в мастерскую, он отвёл меня в тёмную комнату, заставил встать на колени и избил. Всякий раз, когда я падал от ударов, он заставлял меня снова становиться на колени.
Я спросил: «Я только что пришёл и даже не знаю вас. Почему вы меня бьёте?» Он ответил: «Просто потому, что ты практикующий Фалуньгун».
Нередко во время работы в швейной мастерской, он внезапно звал меня к себе и заставлял сидеть на одной ноге в течение часа, без смены ног. Каждую ночь, после того как остальные заключённые ложились спать, он заставлял меня смотреть видео с клеветой на Фалуньгун и заучивать каждое слово. Если я не мог повторить содержание, меня подвергали жестоким пыткам.
Лю Цзяньсинь был крайне суровым руководителем отряда. Однажды после обеда я забыл надеть маску примерно на минуту, и он на два месяца отправил меня на «промывание мозгов».
Так называемый «учебный класс» представлял собой помещение в тюрьме, где заключённые должны были работать днём, а ночью стоять лицом к стене. Кроме того, они должны были переписывать тюремные правила и находились под круглосуточным наблюдением.
В 2022 году Лю отправляли в Синьцзян и Тибет для изучения методов пыток, применяемых к уйгурам и тибетским ламам. Вернувшись в 2023 году, он применил эти методы к нам. Пытки довели Пань Шуйцая до сильного истощения и ему пришлось надолго остаться в тюремной больнице.
Начальник отряда Лэй Цзыцян жестоко обращался с практикующими Фалуньгун. Однажды меня на два месяца отправили на «промывание мозгов» за то, что я пошёл в туалет в мастерской без «пропуска». Позже меня снова отправили на «промывание мозгов» на два месяца за то, что я не выполнил установленную норму работы.
Ли Сяолян, заместитель командира, получил повышение до инструктора за то, что жестоко обращался с практикующими Фалуньгун. Он часто заставлял Яна и меня писать заявления об отказе от нашей веры. Он бил меня по голове толстыми книгами, заставлял сидеть на маленьком табурете и приседать на одной ноге. Однажды ночью он заставил меня приседать, когда я писал отчёт о «преобразовании».
Ху Цян, заместитель начальника финансового отдела несколько лет запрещал мне общаться с членами семьи. Мне не разрешали ни звонить им, ни писать письма. Мои родные ничего не знали о моём положении. Мой старший брат искал меня повсюду, и когда он приехал в тюрьму, ему не разрешили встретиться со мной. Он был так расстроен, что заболел и попал в больницу, где заразился ковидом и скончался. Я узнал о случившемся только после освобождения.
Пытаясь быстрее закончить работу, я случайно подставил указательный палец под работающую иглу швейной машинки. Игла сломалась, её обломок остался глубоко в пальце, а сильное кровотечение долго не останавливалось. Я сообщил об этом инструктору и надеялся, что меня отправят в медпункт, чтобы извлечь иглу. Инструктор проигнорировал мою ситуацию и обвинил меня в «самоповреждении». Мне ничего не оставалось, как перевязать рану салфетками и продолжить работу. Спустя несколько дней игла вышла сама.
Заместитель командира Се Сяохуа часто заставлял меня приседать на одной ноге. Он также бил меня по голове толстыми книгами и заставлял писать отчёты о «преобразовании».
Цю Нин, его заместитель и выпускник провинциального медицинского колледжа, решивший стать тюремным охранником, принимал активное участие в преследовании Фалуньгун. Он угрожал мне и заставлял писать отчёты о мыслях. Однажды меня вызвали в комнату, где он избил меня и распылил мне в лицо из перцового баллончика.
Рабочая нагрузка в отряде № 1 была запредельной, и это оказалось даже тяжелее, чем те издевательства, которым я подвергался в тюрьме Юйчжан. Спустя пять лет заключения я наконец был освобождён.
Вернувшись домой, я узнал, что несколько пожилых членов моей семьи скончались во время пандемии. Мой работодатель уволил меня и приостановил выплату моей пенсии и действие медицинской страховки. В свои 60 лет я не могу найти работу, а полиция и районный комитет продолжают преследовать меня и постоянно следить за мной.