(Minghui.org) Улица Фую длиной около 1700 метров расположена в районе Сичэн города Пекина. Жилые кварталы и административные здания находятся на западной стороне улицы, а западная стена Чжуннаньхая – на восточной. Там же находится Государственное бюро по приёму жалоб и обращений граждан и западные ворота Чжуннаньхая.
25 апреля 1999 года более 10 000 практикующих Фалуньгун мирно собрались на улице Фую. Я участвовал в этом мирном обращении, которое длилось 16 часов. Хочу поделиться тем, что видел, когда пришёл туда вместе с несколькими практикующими, чтобы подать обращение в Государственное бюро по приёму жалоб и обращений граждан.
Первая больница Пекинского университета и её отделение неотложной помощи для женщин и детей расположены по диагонали напротив северного входа на улицу Фую. Около 6 утра 25 апреля мы с несколькими практикующими из Пекина встретились перед отделением неотложной помощи. Одна практикующая сказала: «Вероятно, сегодня это не закончится быстро, давайте сначала перекусим». Мы нашли закусочную и быстро поели. После этого перешли улицу и направились на юг по улице Фую.
Неожиданно мы не смогли пройти через северный вход на улицу Фую: полиция заблокировала перекрёсток, не пропуская никого с севера. Было около 6:40 утра, светало. Мы не могли разглядеть лица полицейских, но жёлтая полицейская лента бросалась в глаза. Несколько практикующих, которые пришли раньше, уже не смогли пройти там. Однако это не остановило местных жителей. Одна практикующая развернулась и без слов пошла на запад, и мы направились на запад по улице Цяньмэнь. Она дошла до переулка, пошла по нему на юг, затем повернула на восток и вышла на улицу Фую. Это показывает, как связаны переулки в Пекине.
Несколько практикующих уже собрались на западной стороне улицы Фую, и мы присоединились к ним. Все стояли спокойно и молча. Вскоре с северной стороны потоком стали прибывать новые практикующие. Нам сказали, что вскоре после нашего ухода полиция у северного входа начала пропускать людей.
Мы стояли по диагонали напротив западных ворот Чжуннаньхая. Людей становилось всё больше, и пришедшие позже обнаружили, что свободного места уже не осталось. Несколько практикующих, явно приезжих, попытались перейти улицу к красной стене, чтобы встать там. Но, как только они достигли середины дороги, внезапно появились полицейские, которые жестами запретили переходить дорогу. Практикующие сразу развернулись и встали позади практикующих на западной стороне. С этого момента ни один человек не переходил на восточную сторону к красной стене – все оставались на западной стороне улицы.
После 8 часов утра стало появляться много полицейских. Они заняли позицию напротив ряда практикующих. Их униформа была оливкового цвета, и они выглядели внушительно. Сначала полицейские неподвижно стояли через каждые пять-десять шагов и напряжённо наблюдали за практикующими. Выражения их лиц было серьёзным. Практикующие спокойно и молча стояли, у нас не было плакатов. Профессия полицейского требует умения быстро определять, хороший человек или плохой, добрый или агрессивный; это их специальность, и они очень чувствительны к таким проявлениям. Постепенно полицейские расслабились: сначала они стояли через каждые несколько десятков метров, а позже мы лишь изредка видели полицейского на значительном расстоянии. Со временем они начали собираться и разговаривать друг с другом, а некоторые общались с практикующими. Они выглядели совершенно спокойными. К шести часам вечера полиции вообще нигде не было видно.
Около 10 часов утра практикующие передавали сообщение о том, что сотрудники в штатском проникли в ряды практикующих и распространяют ложную информацию. Практикующие напоминали всем, чтобы никто не обращал на них внимания и не поддавались на провокации.
Около двух часов полицейские машины медленно двинулись с севера на юг, их громкоговорители постоянно передавали сообщение от Муниципального управления общественной безопасности Пекина. Некоторые сотрудники полиции раздавали практикующим распечатанные листовки с текстом этого сообщения. Я взял одну и посмотрел; суть была в том, что все должны разойтись как можно скорее. Мимо проезжали полицейские машины, непрерывно транслируя это сообщение, и сами полицейские продолжали раздавать листовки практикующим. Все это слышали, многие практикующие брали листовки и просматривали их. Но, насколько я мог видеть, ни один человек не двинулся с места. В это время несколько практикующих находились в Чжуннаньхае, на переговорах с руководителями Госсовета. Я знал, что последнее слово в этом вопросе не за полицейскими.
Около трёх часов к нам подошли несколько полицейских в штатском и начали нас фотографировать. После того, как они сделали несколько снимков, один из них даже принёс табурет, встал на него и начал фотографировать практикующих в заднем ряду. В то время я был молод и стоял в первом ряду. Увидев, что кто-то фотографирует, я инстинктивно выпрямился, посмотрел в объектив и подумал про себя: «Надеюсь, они меня хорошо сфотографируют, ведь я практикующий Дафа».
Рядом с нами стоял практикующий в военной форме, у которого было высокое звание, он был зятем пожилого практикующего. Вскоре после того, как его сфотографировали, подошли двое солдат, вывели его из толпы, коротко поговорили, а затем увели. Около 7 часов вечера он позвонил пожилому практикующему и сказал, что всё в порядке; его просто вызвали обратно в часть для допроса и приказали не возвращаться на улицу Фую. В тот день он был не единственным практикующим в военной форме, стоявшим в толпе; также было несколько практикующих в полицейской форме.
Интересно, что после десяти часов вечера все практикующие собрались уезжать. Много больших и междугородных автобусов были перенаправлены на улицу Фую, чтобы отвезти практикующих домой. Несколько полицейских в штатском громко кричали рядом с машинами: «Люди из города Ланфан? Идите сюда! Кто-нибудь из Ланфана?» «Из провинции Хэбэй?»… Поэтому мы с одним практикующим подбежали к ним и встали рядом, помогая кричать. В то время у нас была общая цель: безопасно вывести всех практикующих из этого района до полуночи.
25 апреля 1999 года пришлось на воскресенье. После восьми часов утра на дороге появлялось всё больше и больше людей, некоторые шли пешком, другие ехали на велосипедах. Все они с любопытством смотрели на нас. Автобусы и легковые автомобили ехали посередине дороги; в то время Фую была улицей с двусторонним движением.
Один из родственников практикующего из Пекина проходил мимо и, увидев столько людей, вернулся домой. Взяв видеокамеру, он проехал по улице Фую, чтобы снять происходящее. Я также заметил, что люди снимали видео из окон проезжающих автобусов, а некоторые водители даже опускали стёкла, чтобы заснять нас.
Это была мирная сцена. Около 10 000 человек молча стояли на одной стороне улицы, глядя на красную стену. Эта тишина создавала мощную энергетику в пространстве, заставляя прохожих спешно проходить мимо. Автобусы и автомобили также проезжали мимо в тишине. Казалось, все проходящие мимо люди находились под воздействием этой мощной силы и молчали.
Эта тишина была нарушена около трёх часов дня. Внезапно появилась большая группа пешеходов, они шли с севера на юг вдоль живой стены практикующих, выкрикивая имена. Проходила одна группа, тут же появлялась другая. Оказалось, что информация распространилась, и ситуация обострилась. Работодатели в Пекине, а также семьи многих практикующих Фалуньгун получили распоряжение от властей: срочно явиться на улицу Фую и призвать своих коллег и родственников разойтись по домам. Однако оказавшись в море людей, как они вообще могли найти того, кого искали? Под давлением сверху у них не было другого выбора, кроме как ходить вокруг и выкрикивать имена, надеясь на удачу.
Во второй половине дня внезапно вдоль противоположной красной стены с севера на юг проскользнул человек. Этот человек был невысокого роста, несколько сгорбленный, и при ходьбе постоянно оглядывался по сторонам. Затем быстро отворачивал голову, ведя себя очень неестественно, как будто у него были скрытые намерения. Вот как это выглядело: тысячи людей стояли на этой стороне дороги, в то время как под красной стеной на другой стороне никого не было, пока этот человек не пошёл вдоль стены, и тысячи глаз наблюдали за ним. Он шёл очень быстро, будто боялся чего-то. Я задался вопросом: почему этот человек выглядит таким подозрительным?
Один практикующий его узнал и сказал: «Это Хэ Цзосю». Всем было известно, что Хэ Цзосю написал статью, порочащую Фалуньгун, что привело к аресту практикующих в Тяньцзиньском образовательном институте (когда практикующие пришли туда, чтобы объяснить, почему статья является клеветнической). Один из практикующих рядом со мной спросил координатора из Пекина, которого я знал: «Стоит ли послать кого-нибудь, чтобы разобраться с ним?» Ведь мы все здесь именно из-за этого человека. Ассистент ответил: «Не обращайте на него внимания. Нам ничего делать не нужно». Несколько практикующих, включая меня, кивнули в знак согласия. Мы наблюдали, как Хэ Цзосю коротко поговорил с охранниками у западных ворот Чжуннаньхая, прошёл регистрацию и вошёл внутрь. Возможно, после того, как представители практикующих сообщили о ситуации внутри, Хэ Цзосю вызвали для проверки фактов в Государственное бюро.
Около девяти или десяти часов утра примерно в 20 метрах к югу от меня, внезапно раздались аплодисменты, и поднялся шум. Некоторое время спустя пришло известие, что премьер-министр Чжу Жунцзи вышел из западных ворот, чтобы встретиться с практикующими, и выбрал трёх практикующих в качестве представителей в Чжуннаньхай для обсуждения ситуации. После этого он также пригласил на беседу бывшего руководителя Исследовательской ассоциации Фалунь Дафа.
Во второй половине дня сотрудники вышли из западных ворот и выбрали ещё нескольких практикующих для переговоров. В это время несколько человек, похожих на чиновников, подошли к практикующим и заговорили с ними. Один из них направился прямо к стоявшей рядом со мной женщине, которая была профессором университета. Оказалось, что они были однокурсниками по университету. Затем профессор подробно объяснила знакомому всю ситуацию, рассказав об инциденте в Тяньцзиньском образовательном институте, о том, почему практикующие приехали в Пекин и о наших трёх требованиях (освободить практикующих, задержанных в Тяньцзине, отменить запрет на Книги Фалуньгун и разрешить практикующим практиковать Фалуньгун). Она также рассказала об улучшении здоровья после того, как начала практиковать Фалуньгун. В соответствии со своим профессорским статусом, она говорила спокойно и логично. Её однокурсник внимательно слушал, часто кивая, и, наконец, ушёл, оставшись довольным.
Пока представители практикующих разговаривали внутри, мы тихо ждали снаружи. С утра до вечера продолжали прибывать новые практикующие и присоединяться к нам. Среди них были профессора университетов, учителя средних школ, врачи из больниц, владельцы книжных магазинов, доктора наук, вернувшиеся из-за границы, руководители компаний, пенсионеры, военнослужащие срочной службы, супружеские пары, матери и дочери, отцы и сыновья и даже беременные женщины и женщины с детьми. Одна практикующая, которая была на седьмом месяце беременности, устала стоять, поэтому она прогуливалась туда-сюда перед соучениками, улыбаясь и идя расслабленной походкой, как будто совершала неторопливую прогулку.
Около десяти часов утра некоторые практикующие, стоявшие впереди, сели, скрестив ноги. Некоторые привыкли сидеть, скрестив ноги; у некоторых устали ноги от долгого стояния; некоторые приехали из другого города накануне вечером. Они были измучены и хотели спать, не в силах больше стоять. В этот момент один знакомый практикующий сказал мне: «Так не пойдёт; мы не можем позволить людям думать, что мы здесь проводим сидячую забастовку». Поэтому мы разделили обязанности: он шёл с юга на север, напоминая практикующим, а я шёл с севера на юг. По пути, когда я видел практикующих, сидевших в первом ряду, я говорил им: «Те, кто сидит в первом ряду, пожалуйста, не садитесь. Если вы устали, можете сесть и отдохнуть сзади. Мы здесь не для сидячего протеста». Я продолжал повторять это, пока шёл, и практикующие, которые сидели, сразу поняли проблему и встали. Это продолжалось до вечера; в первых нескольких рядах длинной живой стены все практикующие стояли, и никто не сидел. Я прошёл до южного конца улицы, а затем повернул обратно.
В это время практикующий сказал мне, что практикующие также стояли вдоль проспекта Чанъань, ряд за рядом, вплоть до ворот Синьхуа; и на севере, вдоль улицы Вэньцзинь, вплоть до парка Бэйхай. Позже один соученик сказал, что он получил информацию о том, что в Пекине собралось 113 000 человек.
Говоря о цифрах, на самом деле есть очень простой способ подсчитать: средняя ширина плеч жителей северного Китая составляет 39 сантиметров, а длина улицы Фую составляет 1700 метров. Даже если практикующие выстроились в пять рядов, это уже более 20 000 человек, не считая тех, кто находился в переулках, на улице Чанъань и на улице Вэньцзинь. Практикующие приехали не только из Пекина, но и из других мест, включая Тяньцзинь, Ланфан, Баодин и Лайшуй, в основном из районов прилегающих к Пекину. Практикующие из более отдалённых районов также направлялись на улицу Фую, но я слышал, что многие из них были остановлены властями и не смогли прийти.
В половине второго соученице, стоявшей рядом со мной, позвонили и сообщили, что все практикующие, арестованные в Тяньцзине, были освобождены. Родственница этой практикующей была арестована в Тяньцзиньском образовательном институте вместе с другими практикующими в Тяньцзине, и родственница позвонила ей на обратном пути в Пекин. В тот момент мы поняли, что первое из трёх наших требований было выполнено. Что касается оставшихся двух требований – предоставить практикующим Фалуньгун законную и свободную среду для совершенствования и разрешить публикацию Книг Фалуньгун – представители практикующих всё ещё вели переговоры.
Со мной был сын одной практикующей. В тот день он устал и проголодался, поэтому я пошёл с ним в небольшой магазинчик в переулке, чтобы купить лапшу быстрого приготовления. Мы встретили там многих практикующих, которые покупали воду, а некоторые даже стояли в очереди в общественный туалет. На западной стороне улицы Фую есть много переулков; улицы были переполнены, и в переулках было много практикующих. Некоторые соученики из Пекина также жили там. Несколько соучеников даже зашли посидеть во двор дома практикующего в одном из переулков, чтобы отдохнуть и выпить воды.
Около 21:30 бывший глава Исследовательской ассоциации Фалунь Дафа и другие вышли через западные ворота Чжуннаньхая. Поскольку мы посещали одно место практики, я подошёл поздороваться. Он сказал нам: «У меня есть три новости для практикующих.
1. Все задержанные в Тяньцзине практикующие освобождены.
2. Несколько наших представителей вернутся завтра для продолжения переговоров.
3. Всем практикующим необходимо покинуть это место до полуночи. Если практикующим из других регионов будет трудно добраться до дома, пекинские практикующие помогут им с размещением».
Услышав это, мы сразу же разошлись, чтобы сообщить другим, и практикующие начали уезжать.
Сначала я побежал обратно, чтобы сообщить об этом соученикам, которые пришли со мной, и попросил их также распространить эту информацию. Затем я вышел и уведомил всех остальных. Процесс не шёл гладко. Некоторые практикующие сомневались в самом уведомлении; некоторые считали, что не могут уехать, пока не будут выполнены три требования; некоторые инстинктивно не хотели нам верить и не желали уезжать. Особенно приезжие практикующие колебались. Однако по мере того, как всё больше практикующих приходило, чтобы их предупредить, они начали расходиться.
Я встречал многих практикующих, у которых были сомнения, поэтому объяснял им по очереди. Даже некоторые из моих хорошо знакомых практикующих сомневались. Один доктор наук, только что вернувшийся из-за границы, был явно ошеломлён, услышав это, спросил меня: «Это, правда, что вы сказали?» Я в ответ спросил: «Вы мне не верите?» Когда мы вместе изучали учение Дафа, его понимание было действительно высоким, поэтому я и задал ему этот вопрос.
Пока я бегал вокруг, информируя практикующих, кто-то подбежал ко мне и схватил меня за руку, говоря: «Пожалуйста, помоги мне убедить их. Я действительно не могу их убедить, они просто не хотят уходить!» Он повёл меня вглубь переулка, где многo практикующих из других городов сидели на земле, не двигаясь. Я подошёл к ним и сказал, что нам велели уйти. Одна практикующая с круглым лицом, похожая на преподавательницу колледжа и, вероятно, координатор, прямо спросила меня: «Откуда нам знать, что ты не шпион?»
Тогда я понял, почему они не уходили. В течение всего дня в ряды практикующих проникали шпионы в штатском, пытаясь найти способы заставить их уйти и вернуться домой. Поскольку практикующие приехали из других городов и не знали местности, они были очень бдительными. Я спросил её: «Тогда что я могу сделать, чтобы вы ушли?» Она на мгновение задумалась и сказала: «Прочитай отрывок из “Лунь Юй” в “Чжуань Фалунь” (главной Книге Фалуньгун)». Я спросил: «Если я смогу продекламировать его, вы уйдёте?» Она кивнула и сказала «да», и я начал декламировать его бегло и уверенно. Когда я произнёс наизусть всего несколько строк, она сказала: «Хорошо, хорошо, я тебе верю!» И вдруг 20 или 30 человек одновременно встали, собрали вещи и начали уходить.
Это продолжалось примерно до 23:00. К тому времени большинство практикующих уже ушли. Я прошёл по улице Фую с юга на север в поисках практикующих из других районов, которым нужна была помощь. Пройдя перекрёсток, я свернул на улицу Вэньцзинь, где встретил знакомого координатора, который также помогал практикующим уходить. Затем, возвращаясь обратно к южному входу, я увидел множество автобусов вдоль дороги. Практикующие из других районов спокойно садились в автобусы, и каждый автобус отправлялся, как только заполнялся. Я видел, как некоторые практикующие из Пекина собирали мусор и складывали его в пластиковые пакеты. Большую часть мусора оставляли прохожие и полиция, но практикующие всё собрали. Мусора почти не осталось – практикующие из других районов также собирали всё, что находили, прежде чем уехать.
Я наблюдал, пока все автобусы не разъехались, прежде чем направиться на юг к перекрёстку, чтобы перейти подземным переходом и вернуться домой. У входа в подземный переход я увидел нескольких практикующих из бывшей Исследовательской ассоциации Фалунь Дафа, которые стояли и наблюдали за улицей Фую. Они не уходили, пока не ушли все практикующие. Более 10 тысяч человек всего за чуть больше часа спокойно разошлись. Весь мусор был собран, на земле не осталось даже клочка бумажки. Это была демонстрация той силы, которая проявляется, когда сердца людей возвращаются на истинный путь.
Наконец все практикующие ушли. Прежде чем я вошёл в подземный переход около 23:30, я оглянулся на улицу Фую и увидел, что она светится! Улица была пуста, на ней не было ни одного человека, ни одного автомобиля. Уличные фонари освещали дорогу – вся улица искрилась, словно наполнялась яркой жизнью и излучала энергичный свет. В голове мгновенно промелькнуло одно слово: «Великолепие». Воспоминание о том дне для меня навсегда останется ослепительным событием.