(Minghui.org)
Здравствуйте, уважаемый Учитель!
Мне 77 лет. В связи с проведением 23-й Конференции Фа практикующих материкового Китая на веб-сайте Minghui.org я решила рассказать о своём пути совершенствования.
По какой-то причине с самого раннего детства я боялась смерти. Во время учёбы в начальной школе преподаватель иногда поручал мне нести флаг впереди класса на школьных спортивных соревнованиях. Каждый раз я боялась, что не доживу до дня соревнований. Мама всегда варила мне несколько яиц, чтобы я взяла их с собой и поела, когда проголодаюсь, поэтому я с нетерпением ждала этого дня, но в то же время переживала, что могу умереть до этого.
В 20 лет я вышла замуж и забеременела, но боялась, что могу умереть при родах. Эти постоянные мрачные мысли привели к ухудшению моего здоровья, в результате ребёнок родился преждевременно, примерно на 7-м месяце беременности. В послеродовой период мне было трудно есть и спать, и я ужасно страдала. Я боялась грома и дождя так сильно, что зажигала благовония и молила высшие силы о защите.
В возрасте 27-ми лет мне приснился человек в синих одеждах, который сказал, что в подземном мире решили продлить мне жизнь. Держа в руках книгу судеб, он прибавил к моему земному сроку еще несколько десятилетий. После этого сна страх смерти исчез навсегда.
Начав практиковать Фалунь Дафа, я вспомнила этот случай и поняла, что Учитель вёл меня, чтобы однажды я смогла пойти по этому пути и выполнить свою миссию – помогать спасать людей. Практикующие больше не подчиняются законам ада, а находятся под защитой Учителя, который вычеркнул наши имена из списков ада.
Весной 1999 года я внезапно почувствовала резкую слабость. Я не могла ни ходить, ни вставать с кровати. После обследования в больнице мне диагностировали гломерулонефрит с низким уровнем гемоглобина, что свидетельствовало о тяжёлой анемии. Я пробыла в больнице более 20 дней, страдая от сильной слабости и вздутия живота. Лечащий врач сказал: «Эту болезнь очень трудно вылечить. Советую вам попробовать цигун». Я нашла площадку для занятий цигун напротив ближайшего кинотеатра, где собиралось много людей (в то время я не знала, что это за вид цигун).
На следующее утро я с трудом заставила себя пойти на занятия. Я выучила движения и сразу начала практиковать. Я продержалась час, но живот так сильно вздулся, а позывы в туалет были такими частыми, что по дороге домой мне пришлось забегать туда три раза. Той ночью я спала крепко. Проснувшись на следующее утро, я почувствовала лёгкость и бодрость, а от вздутия не осталось и следа. Всё тело наполнилось энергией. Голова была ясной, а глаза блестели – я ощутила себя по-настоящему здоровой! Я была поражена: что это за практика? Я не могла вспомнить, как она называется! Я села на велосипед и поехала к кинотеатру, чтобы разузнать всё на месте. Кто-то сказал мне, что это Фалунь Дафа.
Так я начала практиковать Фалунь Дафа. Все мои болезни исчезли, и я вернулась к нормальной жизни. Я благодарна Учителю Ли за то, что Он спас меня и подарил новую жизнь.
В июле того же года бывший лидер компартии Китая (КПК) Цзян Цзэминь из зависти к широкой популярности Фалунь Дафа инициировал жестокое преследование этой практики. Сотрудники местного полицейского участка, зная, что я практикую Фалунь Дафа, конфисковали моё удостоверение личности и закрыли наше место для коллективных занятий. В результате я лишилась возможности практиковать в группе.
Я спрашивала себя: раз Фалунь Дафа учит людей быть добрыми и мы не нарушаем закон, почему эту практику запрещают? Стоило мне начать практиковать Дафа, как улучшилось не только моё здоровье, но и характер. Раньше я часто ссорилась и ругалась, считая, что права; теперь все эти вредные привычки исчезли, и я отношусь ко всем с добротой. Фалунь Дафа изменил мой характер и исцелил тело, но КПК запрещает мне практиковать. Пропаганда против Дафа – это ложь. Я ей не поверила, и они не смогли поколебать мою решимость. Поэтому я начала практиковать дома самостоятельно.
Несколько соседей также практиковали Фалунь Дафа, и мы вместе изучали Фа у меня дома. Когда полиция пришла, чтобы нас преследовать, соседи испугались, но я оставалась непреклонной. Когда полицейские связались со мной, я разъяснила им правду о Дафа и передала информационные материалы.
Я сказала одному из них: «Вы просили меня принести вам материалы о Фалунь Дафа. Вот, пожалуйста».
Он спросил: «Где вы их взяли?»
«Они лежали у меня на пороге. Не знаю, кто их туда положил. Посмотрите! Если я найду ещё, я отдам их вам». Я продолжала приносить информационные материалы в полицейский участок.
Я также доставляла их в государственные учреждения, аккуратно подкладывая под двери кабинетов. Если дверь была открыта, я заходила внутрь, доставала из кармана буклет Minghui и клала его на книжную полку, чтобы сотрудники могли прочитать. Я много раз ходила в Управление по гражданским делам. Если кто-то спрашивал, зачем я пришла, я отвечала, что пришла по личным делам, если никого не было, я оставляла материалы в кабинете.
Я продолжаю разъяснять правду таким образом. По воскресеньям я хожу по школам и раскладываю разъясняющие правду материалы в кабинетах учителей. Я упаковываю материалы по отделам: некоторые были распечатаны соучениками, а некоторые я писала от руки. Однажды я пришла в административное здание школы в воскресенье, чтобы оставить очередную партию материалов. Когда я открыла дверь на первом этаже, то увидела какого-то человека. Не поздоровавшись, я сразу пошла наверх. Я поднялась на два этажа, а он пошёл за мной. У меня не было возможности оставить материалы, поэтому пришлось спуститься вниз.
На первом этаже этот человек спросил меня, что я здесь делаю. Я ответила: «Ищу такую-то учительницу».
Он ответил: «Сегодня же воскресенье, и она не работает, но позже сюда придёт её муж».
Я сказала: «Я не могу ждать, не могли бы вы, пожалуйста, передать ей эту сумку?»
Он ответил: «Просто положите её туда». Я оставила материалы и вышла из здания.
С благословением Учителя мне удалось оставить в здании школы большую сумку с материалами для разъяснения правды. Позже я узнала, что многие учителя прочитали эти материалы. Школа находилась совсем рядом с моим домом, и впоследствии я помогла учителям и директору выйти из компартии Китая и принадлежащих ей организаций.
После того как в июле 1999 года началось преследование Фалунь Дафа, соученики отправились в Пекин с мирным обращением в защиту практики. Я не знала, как добраться до столицы, но понимала: когда Учителя несправедливо порочат, а Дафа подвергается репрессиям, я просто обязана поехать в Пекин, чтобы восстановить доброе имя Учителя и выступить в защиту Дафа.
18 июля 2000 года я вышла из дома с 200 юанями, несколькими яйцами, кусочком кукурузы, двумя дынями и четырьмя наклейками с посланиями Фалунь Дафа в рюкзаке. По дороге я несколько раз пересаживалась с одного автобуса на другой и, наконец, прибыла на площадь Тяньаньмэнь в Пекине. Я купила билет и вошла внутрь. Пройдя через несколько турникетов, я должна была купить другие билеты, чтобы пройти дальше. Билеты на площадь Тяньаньмэнь были дорогими, а у меня не было столько денег; деньги в сумке были предназначены для покупки билета на поезд домой. Без билета я не могла пройти. Я с отчаянием посмотрела на турникет и увидел там улыбающуюся мне женщину. Присмотревшись, я поняла, что она, кажется, узнала меня и жестом пригласила войти, но я её не узнала. Я всё равно вошла.
Когда я поднялась на башню городских ворот и посмотрела вниз, то увидела повсюду полицию. Однако из-за страха у меня не хватало праведных мыслей, и я не смогла должным образом подтвердить Фа и воскликнуть: «Фалунь Дафа несёт добро!» Я плачу, когда пишу это.
Уходя с площади Тяньаньмэнь, я чувствовала тяжесть на сердце. Я не сделала того, за чем пришла сюда. Четыре наклейки в моём рюкзаке так и остались неиспользованными. Стоя у ворот Тяньаньмэнь и глядя на башню, я опустила голову и заплакала. Полицейский, увидев, как я плачу, погладил меня по плечу и сказал: «Бабушка, пожалуйста, не грустите. Вы ещё вернётесь».
Мне хотелось найти место, где можно было бы присесть. Я зашла в небольшой обнесенный стеной дворик и села на стул, но тут подошли два полицейских, которые патрулировали территорию. Поэтому я ушла и села на автобус до железнодорожного вокзала Тяньцзиня, намереваясь расклеить там наклейки. Той ночью патрульные машины обыскивали лесок за вокзалом – там вовсю шла уличная торговля, и найти подходящее место никак не удавалось. Мой поезд пребывал вскоре, но я решила не уходить; я была твердо намерена довести дело до конца. Под покровом темноты мне удалось прикрепить две наклейки на большой вокзальной вывеске. Уже в вагоне я наклеила по одной с каждой стороны окна. На следующее утро, проехав около тысячи километров, я сошла с поезда и увидела, что наклейки на окне вагона по-прежнему очень заметны.
Через три дня я благополучно вернулась домой. Мои дети не задавали никаких вопросов и вели себя так, как будто ничего не произошло. Той ночью мне приснился сон, в котором я увидела Учителя, держащего в руке книгу Дафа. Учитель просветил меня, чтобы я больше изучала Фа, и я была очень благодарна Учителю.
Вернувшись из Пекина, я продолжила заниматься делами, подтверждающими Фа. С помощью трафарета, который изготовил соученик из другого региона, я аккуратно наносила надпись «Фалунь Дафа несёт добро» на столбы. Я купила кисть и ведро красной краски и тщательно наносила надпись на бетонных опорах и даже нанесла их на окна и двери полицейского участка. Ночной сторож на строительной площадке подошёл ко мне, чтобы посмотреть, что я делаю, но не стал мне мешать. Израсходовав всю краску, я пошла домой.
На следующий день полиция осматривала окрестности, пытаясь выяснить, кто это сделал. Они ходили по домам практикующих, которые были в их списке, перелезали через стены и прыгали во дворы. Полиция также обходила магазины, где продавали краску. Полицейские поговорили с тем ночным сторожем, который сказал, что это была молодая женщина в красной рубашке и белых туфлях. На самом деле в том году мне исполнился 51 год.
Через три дня, после того как я закрыла свой небольшой продуктовый магазин и собиралась уложить внука спать, кто-то постучал в дверь. Они сказали, что хотят купить хлеб. Я ответила, что уже поздно, поэтому не открою дверь. Тогда кто-то сказал: «Мы из полицейского участка. Откройте дверь. Нам нужно вас кое о чём спросить».
Я ответила: «Ночью я дверь никому не открываю. Несколько дней назад банда грабителей ворвалась в мой продуктовый магазин и разгромила витрины. Я выскочила на улицу, они бросились за мной и чуть не убили. Я позвонила в полицейский участок, но они никого не прислали. Чтобы спастись, мне пришлось бежать в гравийный карьер».
Один из них ответил: «Мы знаем, что после того инцидента вы звонили в полицию. А теперь я покажу вам свою визитную карточку через щель в двери, я начальник полицейского участка».
Я сказала: «Я вам не верю. Я всего лишь пожилая женщина, которая сидит дома и ухаживает за внуком. Здесь больше никого нет. Я не открою вам дверь».
Тот человек сказал: «А, так вы пожилая женщина», – и ушёл.
После их ухода я бросила трафарет и красную рубашку в печь. Как только они сгорели, я спрятала разъясняющие правду материалы под ковёр, который лежал под кроватью. Около четырёх утра дверь продуктового магазина взломали, и внутрь ворвались несколько полицейских. Они повсюду светили фонариками в поисках чего-то. В тот момент я держала на руках трёхлетнего внука, который громко плакал от страха. Они долго обыскивали помещение, но ничего не нашли и потом ушли.
После этого перед моим домом каждый день парковались полицейские машины. Через несколько дней полицейские начали заходить в мой магазин. Трое или четверо человек долго сидели в маленьком магазине. Они ждали, наблюдая, не придут ли какие-нибудь соученики. В то время я не знала никого из местных практикующих, только сына одного из них, который доставлял мне материалы для разъяснения правды.
В то утро молодой практикующий снова навестил меня и принёс новые статьи Учителя, а также свежий номер еженедельника Minghui Weekly. Поскольку полиция появлялась каждый день, я подумала, что если они придут снова, я возьму всю вину на себя и скажу, что сама написала эти тексты. Я поделилась своими мыслями с молодым практикующим. Тот ответил: «Вы не должны признаваться». Я поняла, что он имел в виду: раз я не совершила ничего плохого, то и признавать какую-либо вину я не обязана.
После того как молодой практикующий ушёл, я прочитала новые статьи Учителя и еженедельник Minghui Weekly. Затем пришли начальник полицейского участка и его сотрудники. Начальник молча сидел на диване и выглядел очень серьёзным. Тогда я сказала: «Вы приходите каждый день, вы считаете, что это я написала “Фалунь Дафа несёт добро» на столбах снаружи? Если бы я это сделала, то я просто потрясающая!» Я от души рассмеялась, и они тоже засмеялись. Затем я рассказала им о содержании еженедельника Minghui Weekly.
Разъясняя им правду, я чувствовала себя очень комфортно. Я смеялась, пока говорила, а они слушали и тоже смеялись. Затем они очень вежливо ушли. Больше они никогда не беспокоили меня по поводу нанесенных на столбах надписей. Это был опасный момент, и я была благодарна Учителю за то, что он послал соученика, чтобы напомнить мне, иначе последствия были бы невообразимыми.
В 2004 году, после преследования в трудовом лагере, я вернулась домой и включилась в процесс Исправления Законом. Я посвятила себя разъяснению правды и спасению людей. Многие были обмануты ложью КПК, и мы, практикующие, должны были помочь Учителю спасти их. После публикации «Девяти комментариев о Коммунистической партии» соученики раздавали эти сборники от дома к дому в больших количествах. По ночам я ездила на велосипеде, загруженном большой сумкой с «Девятью комментариями» и другими материалами для разъяснения правды, и раздавала их в сельской местности. Обычно за раз я преодолевала 10-15 километров. Я возвращалась домой около шести часов утра, промокшая до нитки от выпавшей росы. Однажды утром я отправилась раздавать «Девять комментариев» в жилом корпусе для сотрудников начальной школы. Я сложила экземпляры в большой поднос и накрыла их. Когда я приподняла крышку, сквозь неё просиял серебристый свет. Я поняла, что «Девять комментариев» обладают божественной силой, и это не обычная книга.
Живя в доме сына, я сосредоточилась на том, чтобы как можно быстрее помогать спасать людей и распространять видеодиски с разъяснением правды. В том большом здании проживало много строительных рабочих, и я рассказывала им правду о КПК и убеждала отказаться от членства в партии и принадлежащих ей организациях. Они приходили и уходили группами, и я рассказывала им правду и убеждала отказаться от членства в КПК. Я не пропустила ни одного. В холле я показывала видеодиски с «Девятью комментариями», и каждый раз, когда заканчивался просмотр, несколько человек просили помочь им выйти из партии. Однажды, после того как я дала молодому человеку сборник «Девять комментариев», его сосед по комнате спросил меня: «Какую книгу вы ему дали? Он не спал всю ночь, читая её. Можно мне тоже такую?» После того как я дала ему «Девять комментариев», он тоже прочитал сборник, а потом, уезжая, забрал его с собой.
Когда директор компании приехал навестить рабочих, я положила видеодиск на лобовое стекло его машины. Приехав во второй раз, он специально меня разыскал. В тот день я пекла хлеб, и у меня руки были в тесте. Но он настоял на том, чтобы пожать мне руку. Я знала, что он посмотрел диск и понял правду. Позже я пожалела, что не попросила его выйти из КПК и принадлежащих ей организаций!
Я рассказала группе пожарных и их начальнику о Фалунь Дафа. Начальник вышел из КПК и её организаций. Он также дал мне имена более десяти человек, которые пришли с ним, и все они хотели выйти из организаций КПК. Когда группа работников уходила, я давала каждому из них разъясняющие правду материалы, чтобы они унесли их домой. Некоторые давние жители района иногда приветствовали меня словами: «Фалунь Дафа несёт добро», и я отвечала им тем же.
Однажды кто-то сказал мне: «Бабушка, амулет, который вы мне дали, очень действует! Мой коллега по работе взял его с собой. Когда он попал в автокатастрофу, двое других людей погибли, а он остался невредим». Я была очень рада услышать, что этот человек был защищён. Милосердие Учителя безгранично.
Мы с несколькими соучениками делимся на две группы и ходим от дома к дому, чтобы рассказывать людям о Фалунь Дафа и преследовании. В каждой группе по два человека, и мы обходим все улицы в микрорайоне. Обычно за один такой выход каждой группе удаётся помочь тридцати-сорока желающим выйти из КПК, так что в общей сложности получается около 70-80 человек. Однажды, когда мы в очередной раз вышли разъяснять правду, один мужчина, ослеплённый ложью компартии, наотрез отказался нас слушать и стал бурно спорить.
Я показала ему амулет для разъяснения правды с надписью: «Истина, Доброта, Терпение» и сказала: «У нас тоже есть семьи и работа, и мы очень заняты. Мы здесь, чтобы помочь спасти вас! Сейчас зима, и на улице мороз. Мы пришли, чтобы помочь вам избежать беды – ради вашего же блага».
Мужчина внезапно схватил амулет и сказал: «Я выхожу, я выхожу! Я член партии и приехал из другого города». Мы записали его имя, и он вышел из КПК. Когда мы уходили, он не переставал благодарить нас. Мы были очень тронуты, потому что поняли: сила слов «Истина, Доброта, Терпение» избавила его от призрака КПК, который им управлял.
В одной деревне я встретила людей, которые не знали правды о Дафа. Они не хотели слушать, и один из них сказал: «Ты смеешь сюда приходить? Я сообщу о тебе в полицию».
Я улыбнулась и сказал: «Вы кажетесь очень добрым человеком. Вы так не поступите».
Услышав это, тот человек отложил телефон и больше ничего не сказал. Спустя несколько лет мы с соучеником вернулись в ту деревню и снова встретили этого человека. На этот раз он с готовностью принял правду.
Зима сменяется весной, и год за годом мы настойчиво продолжаем разъяснять правду, распространять материалы и развешивать плакаты с надписью «Фалунь Дафа несёт добро». Однажды в одной деревне группа людей беседовала перед домом. Мы подошли к ним, чтобы поговорить, и все вышли из КПК и принадлежащих ей организаций. Некоторые использовали псевдонимы, а другие – свои настоящие имена. Я достала плакат и попыталась повесить его на дерево, у которого они отдыхали, но после нескольких попыток мне так и не удалось закрепить его. Один из них взял плакат и повесил на дерево перед своим домом.
На протяжении многих лет я почти никогда не пропускала возможность вывешивать плакаты 25 апреля, 13 мая (Всемирный День Фалунь Дафа), 20 июля (дата официального начала преследования) или во время китайского Нового года. Если плакатов нет, я покупаю ткань, пишу на ней слова и вывешиваю на улице.
Однажды зимой, когда было холодно, в кабинете старосты деревни появились лозунги и картинки, порочащие Фалунь Дафа. Зная это, я поехала туда на своём электровелосипеде. Когда я приехала, в кабинете был один только бухгалтер. Я сказал: «Мне нужно увидеться с партийным секретарём».
Бухгалтер сказал, что его нет на месте. Я ответила: «Пожалуйста, дайте мне его номер телефона, я ему позвоню». Затем я зашла внутрь, сорвала со стены клеветнический плакат о Фалунь Дафа, спрятала его под пальто и ушла.
В этом году КПК повесила в нашем городе три плаката, клевещущих на Фалунь Дафа, в трёх разных местах. После того как я попросила Учителя помочь мне, я сняла все три плаката.
Во время волны судебных исков против бывшего лидера КПК Цзян Цзэминя за преследование Фалунь Дафа практикующие из моего района также решили подать на него в суд. Тогда я организовала у себя дома небольшую мастерскую по изготовлению материалов для разъяснения правды. Практикующие из других районов пожертвовали деньги на материалы, и я изготавливала целые партии.
Иногда я раздавала их по ночам в соседних деревнях. Однажды, когда я только что въехала в деревню, припарковала свой электровелосипед и уже собиралась раздавать материалы, кто-то заметил меня и пошёл следом. Я прислонилась к стене и отправила праведные мысли, прося Учителя сделать так, чтобы этот человек не мог меня видеть. Как только я об этом подумала, человек, с ярким фонариком на голове, пошёл по дороге, не видя меня и бормоча: «Куда ты делась? Я только что тебя видел, куда ты пошла?» Он прошёл мимо, бормоча себе под нос. Я закончила раздавать материалы, нашла свой электровелосипед и поехала домой.
Нам также нужно помогать спасать сотрудников органов общественной безопасности, прокуратуры и судебной системы. Я участвовала в написании писем и разъяснении правды сотрудникам полицейских участков и Отдела внутренней безопасности. Меня преследовали более десяти раз. Поскольку эти сотрудники действуют по указанию КПК, они не знают правды и по незнанию преследуют Фалунь Дафа. У них нет будущего. Но они тоже живые существа, поэтому мы должны их спасти.
Я помогала спасать соучеников и много раз писала сотрудникам тюрьмы. Позже руководитель «Офиса 610» в одной из тюрем узнал правду и был переведён на другую должность. Я знала, что он спасён.
Был ещё один случай: трое практикующих были арестованы, когда мы вышли, чтобы разъяснять правду. Полицейские велели мне стоять на месте, но потом забыли обо мне и ушли. Когда они вспомнили обо мне, им пришли меня искать, я уже успела скрыться. Впоследствии этих практикующих незаконно приговорили к трём годам тюрьмы. В течение этих трёх лет сотрудники полиции по внутренней безопасности продолжали меня разыскивать. Сын посоветовал мне уехать в город, чтобы скрыться, и сказал, что я смогу вернуться домой, когда практикующие вернутся. Я пряталась в доме сына пять дней, а потом в душе обратилась к Учителю: «Учитель, я не могу быть бездомной; мне необходимо вернуться домой и делать то, что я должна».
Итак, на следующий день я отправилась домой. По дороге я зашла к одной из своих соучениц, чтобы попросить её помочь мне записать файл подкаста Minghui. Когда я выходила, начался дождь, и она дала мне пальто. Дождь лил как из ведра, и несколько машин останавливались, а водители предлагали подвезти меня до дома, но я отказывалась. Чуть позже сзади ко мне подъехала ещё одна машина, и водитель тоже предложил подвезти меня, но я снова отказалась. Дождь не прекращался, и мои туфли промокли насквозь. Когда я поднялась наверх и сняла пальто, то обнаружила, что пальто, которое практикующая дала мне, чтобы укрыться от дождя, было совершенно сухим, и я тоже осталась сухой. Я была потрясена: Учитель защитил меня! Я была глубоко тронута, и слёзы благодарности текли по моему лицу.
У меня всё ещё есть много человеческих привязанностей, которые я не устранила, в том числе нетерпение. Иногда я засыпаю или отвлекаюсь во время изучения Фа, а иногда отправляю праведные мысли, держа ладонь вниз. Я постараюсь изо всех сил хорошо совершенствоваться.
(Статья представлена для Конференции Фа 2026 года по обмену опытом совершенствования практикующих Фалунь Дафа материкового Китая на Minghui.org)