(Minghui.org) Я начала практиковать по Фалунь Дафа в 1996 году, и сейчас мне 63 года. В связи с проведением 23-й Конференции Фа практикующих материкового Китая я хотела бы рассказать Учителю Ли (основателю Фалунь Дафа) о своём опыте совершенствования и поделиться с соучениками.
В 2008 году меня перевели в редакционный отдел университетского журнала на должность редактора по гуманитарным наукам. До моего прихода в журнале на этой должности работали три редактора: две преподавательницы и один преподаватель. В редакционном отделе было два кабинета. Тот, что находился с южной стороны, был тёплым и светлым, и его использовали две преподавательницы. Тот, что находился с северной стороны, был тёмным, влажным и в основном использовался как кладовая. В нём были две большие железные полки и стол у двери. Им пользовался преподаватель-мужчина.
Когда я пришла, директор сказала: «Нынешние условия работы в редакционном отделе плохие, и две преподавательницы не хотят меняться местами». Она намекнула, что мне следует разделить кабинет с преподавателем в комнате, выходящей на север. Она сказала, что школа, возможно, скоро выделит мне новый кабинет. Я сразу же ответила: «Хорошо, нет проблем». Я поставила свой стол рядом со столом преподавателя.
Мой стол больше некуда было поставить, так как остальное пространство занимала большая железная полка, заваленная периодическими изданиями за последние десять лет. Там же лежали и издания, присланные из других университетов. Некоторые были открыты, другие так и остались нераспечатанными. В комнате стоял запах затхлой бумаги.
Я считаю, что где бы ни находились практикующие Фалунь Дафа, они распространяют свет. Мы не только исправляем себя согласно принципам «Истина, Доброта, Терпение»; сияние «Истины, Доброты, Терпения» также согревает окружающих нас людей.
Расположившись, я стала систематизировать пространство кабинета. Каждый день, помимо чтения и редактирования рукописей, в перерывах я разбирала огромную стопку старых журналов, расставляя их по годам и номерам. Я отложила десять номеров одного и того же периода или категории для авторов из моего колледжа, чтобы они могли ознакомиться с ними, поскольку иногда они запрашивают свои опубликованные статьи у редакции, например, для оценки при продвижении по службе. Остальные журналы я сгруппировала по годам и сложила на нижние полки.
Я убрала всё вокруг окна и вытерла его насухо. Мой сосед никогда не приходил на работу вовремя и казался странным. Каждый день он носил с собой плетёную корзину для покупок и был одет в поношенный повседневный костюм, на котором не хватало одной пуговицы. Oн был невысокого роста, болeе 50 лет, и лицо был худым. За его бедным, но солидным видом скрывалась отчуждённость. Я всегда приветливо здоровалась с ним: «Доброе утро» или «Увидимся завтра», но он едва что-то бормотал про себя.
Прошло больше месяца, и мы не обменялись ни одной по-настоящему осмысленной фразой. После того как благодаря моим организаторским усилиям в офисе стало «светлее», он наконец-то однажды заговорил со мной: «У вас прекрасные манеры».
Я улыбнулась и ответила: «Спасибо».
Поскольку другие преподаватели говорили, что он странный и неадекватный, я не осмеливалась сказать что-либо лишнее.
Со временем мы стали общаться больше. Он рассказал мне, что добровольно перешёл в эту кладовую, потому что недолюбливал двух преподавательниц и называл их «вульгарными». Я также узнала, что его отец был высокообразованным интеллегентом, подвергшимся преследованию компартией Китая (КПК) во время «Культурной революции».
После нашего разговора я попыталась рассказать ему факты о Фалунь Дафа, но каждый раз меня отвлекала его странная манера говорить и мои собственные переживания. Возможно, тень семейной трагедии была слишком глубока, поэтому он боялся услышать что-либо отличное от пропаганды компартии. Вскоре он вышел на пенсию, и я больше его не видела.
Однажды к нам в офис пришла директор. Увидев, как я убираю и организую рабочее место, она сказала: «Вы просто молодец! Здесь так чисто и аккуратно, как на солнышке!» Она также извинилась за то, что заставляет меня работать в такой обстановке.
Я ответила: «Никаких проблем. Всё в порядке».
Жаль, что позже, когда я рассказала ей правду о Фалунь Дафа, она согласилась с тем, что КПК жестока, но только потому, что её отец тоже подвергся преследованию. Однако она не вышла из организаций КПК. Тем не менее, по моему поведению она увидела доброту, терпение и искренность практикующих Фалунь Дафа.
В 2012 году в редакционном отделе появился новый директор, и рабочая обстановка значительно улучшилась. Структура журнала также была реорганизована и официально запущены два журнала: один для гуманитарных наук, другой для естественных. Число редакторов, специализирующихся на гуманитарных науках, увеличилось до шести, и они перешли в большой, хорошо оборудованный офис.
Офис стал больше, и беспорядка стало больше. Поскольку уборку никому не поручили, быстро возник беспорядок. Другим редакторам было от 30 до 40 лет. Я была самой старшей. Каждый день я мыла пол, прибирала, поливала растения и так далее. Каждый раз, когда директор приходила к нам в офис, она говорила: «В этом гуманитарном кабинете очень комфортная атмосфера».
Редакция предоставляет хорошие льготы: частые возможности для командировок, встреч и мероприятий по обмену, которые редакторы посещают по очереди. Большинство редакторов выбирают места, где они раньше не были, или живописные места. Они покупают местные деликатесы и возмещают затраты за счёт расходов на поездку или встречу. Я никогда не вызывалась идти по собственной инициативе. Если это устраивал мой руководитель, я старалась по возможности избегать этого, потому что осмотр достопримечательностей меня не интересовал, и я не хотела терять время. Даже когда я ездила, то никогда не включала свои расходы в официальные командировочные расходы – я даже никогда не ездила на такси. Практикующий Фалунь Дафа должен, прежде всего, не интересоваться личной выгодой.
Согласно правилам, пенсионный возраст для высококвалифицированных специалистов может быть увеличен с 55 до 60 лет. Когда мне исполнилось 55 лет, я задумалась, стоит ли мне выходить на пенсию. Большинство людей не хотят уходить на пенсию, а некоторые пытаются работать дольше. Я также не очень хотела отказываться от бонусов. Пять лет работы не только принесут мне более двухсот тысяч юаней дополнительной зарплаты, но и значительно увеличат мою пенсию.
Пока я размышляла над этим, мне приснился яркий сон о моей однокурснице, которая работала в университете: она мыла туалеты и выбрасывала содержимое контейнеров с туалетной бумагой в большой мусорный бак. Я спросила её: «Зачем ты это делаешь?»
Она ответила: «Чтобы заработать немного дополнительных денег». Когда я спросила, сколько она зарабатывает, она назвала мне цифру, которая в точности совпала с той суммой, на которую я буду получать меньше каждый месяц после выхода на пенсию.
Я поняла, что Учитель намекал мне не привязываться к деньгам. Время ограничено, и я должна использовать возможность, чтобы делать то, что должен делать практикующий Дафа. Я немедленно решила отступить и использовать своё ограниченное время для выполнения трёх дел и исполнения своего обета помогать Учителю спасать людей.
Никто не понял моего решения, когда я объявила о своём намерении выйти на пенсию. Некоторые говорили, что я глупая, другие – что будут по мне скучать, а некоторые преподаватели говорили: «Пожалуйста, не уходите на пенсию. Могу ли я помочь вам с вашими рукописями?» Я была очень благодарна коллегам за их доброту, но я практикующая. У меня много дел и более важных задач, которые нужно выполнять.
Я аккуратно разложила все справочники, словари, степлеры и прочие канцелярские принадлежности, которые мне за эти годы передал редакционный отдел. Я положила их на свой стол вместе с ключом от кабинета и тихо ушла. После выхода на пенсию, если нет особых обстоятельств, я каждый день выхожу, чтобы лично разъяснять правду о Дафа.
Интеллектуалы – сложная группа людей, многие из которых обладают как врождённым чувством превосходства, так и хитростью, навязанной культурой КПК, что делает межличностные конфликты уникальными и сложными. В офисе у нескольких человек, похоже, были конфликты друг с другом. Даже те, кто на первый взгляд казались в хороших отношениях, тут же начинали подсиживать друг друга и бороться, когда затрагивали их собственные интересы. Это касалось несправедливого распределения рукописей, неравномерного распределения гонораров за редактирование и корректуру, неравных возможностей для деловых поездок, низкого качества отредактированных рукописей тех или иных авторов, кто дарил подарки руководителям и получал льготы, и так далее. Такое происходило на работе каждый день.
Учитель сказал:
«Если не расстанешься с этими чувствами, то ты не сможешь совершенствоваться. Когда человек освободится от них, то ничто не сможет его задеть, да и помыслы обычного человека не смогут его поколебать. Они, эти чувства, будут заменены милосердием, что представляет собой нечто более благородное» («Чжуань Фалунь», четвёртая лекция).
Я поняла, что если смогу преодолеть конфликты и избавиться от мирских желаний, они перестанут на меня влиять. Поэтому у меня не было проблем ни с кем, потому что я поддерживала высокий уровень нравственности даже в условиях конфликтов в соответствии со стандартами Дафа.
Мои коллеги любили со мной общаться, как и коллеги из других отделов. Некоторые говорили, что им приятно общаться со мной. Когда наступало подходящее время, я также рассказывала им о Фалунь Дафа. У интеллектуалов сложное мышление и множество забот. Некоторые испугались, услышав правду; некоторые согласились выйти из КПК и принадлежащих ей организаций, а один коллега начал практиковать по Фалунь Дафа. Из моих слов и поступков все они поняли, что «Истина, Доброта, Терпение» – это великие ценности, и практикующие Фалунь Дафа – хорошие люди.
После того как в 2015 году я подала официальный иск против бывшего лидера КПК Цзян Цзэминя за преследование Фалунь Дафа, шесть или семь полицейских из местного полицейского участка приехали в школу в полицейском фургоне, чтобы арестовать меня. Главный редактор сказал им: «Я ничего не знаю об организации, о которой вы говорите, но этот преподаватель (имел ввиду меня) – самый квалифицированный преподаватель в нашей редакции. У неё высокая трудовая этика, и она никогда не жалуется на то, какую работу ей поручают. Если бы в нашей редакции было больше таких преподавателей, как она, наша работа была бы намного проще. Мы никогда не слышали, чтобы она говорила в офисе что-то неподобающее».
Две недели спустя я вернулась на работу в университет. Директор сказал мне: «Пожалуйста, не волнуйтесь. Ваши коллеги не будут смотреть на вас иначе». Когда этот директор пришёл в редакцию, я передала ему письмо с информацией. Он понял правду и получил благословение. Его повысили до должности ведущего профессора политологии в университете. Университет несколько лет упорно пытался добиться для научного издания академического журнала статуса главного национального научного издания и наконец добился этого во время пребывания этого человека в должности директора. Он благополучно вышел на пенсию.
Оглядываясь на долгие годы совершенствования, я понимаю, что именно милосердная забота, поддержка и наставления Учителя направляли меня. Я очень благодарна Учителю. Отныне я буду хорошо идти по пути совершенствования, усердно совершенствоваться и хорошо выполнять три дела, чтобы отблагодарить Учителя за милосердие.
(Статья представлена для Конференции Фа 2026 года по обмену опытом совершенствования практикующих Фалунь Дафа материкового Китая на Minghui.org)