Falun Dafa Minghui.org www.minghui.org ПЕЧАТАТЬ

Учительница музыки рассказывает о пытках, которым подвергались практикующие Фалунь Дафа в бывшем исправительно-трудовом лагере Масаньцзя

Янв. 21, 2023 |   Корреспондент «Минхуэй» из провинции Ляонин, Китай

(Minghui.org) Жительницу города Дяобиншань провинции Ляонин три года держали в ныне несуществующем исправительно-трудовом лагере Масаньцзя за то, что рассказывала людям о Фалунь Дафа (Фалуньгун), духовной практике самосовершенствования, которую с июля 1999 года преследуют коммунистические власти Китая.

С 2002 по 2005 год Чэнь Хун подвергалась бесчеловечным пыткам в исправительно-трудовом лагере: её неделями лишали сна, подвешивали за руки, пытали холодом, связывали в болезненном положении, подвергали насильственному кормлению и избивали. Власти исправительно-трудового лагеря произвольно продлили её срок на три месяца. Ниже приводится рассказ Чэнь о том, что ей пришлось пережить.

Меня зовут Чэнь Хун. Я родилась 4 декабря 1966 года и жила в доме № 425 4-го района города Дяобиншань провинции Ляонин. Я преподавала музыку в начальной школе №3. В течение трёх лет и трёх месяцев заключения в исправительно-трудовом лагере Масаньцзя я подвергалась физическим и психическим пыткам, поскольку отказывалась отречься от практики Фалунь Дафа.

19 августа 2002 года я повела своего шестилетнего сына в парк и поговорила с посетителями парка о Фалунь Дафа и жестоком преследовании. Вскоре трое сотрудников полицейского участка Наньлин арестовали нас с сыном. Затем они отвезли сына домой, провели там обыск и забрали книги Фалунь Дафа и кассеты с аудиолекциями, а также фотографии Учителя Ли (основателя Фалунь Дафа). Мой шестилетний сын был страшно напуган, и когда домой вернулся отец он крепко прижался к нему и заплакал.

Агенты местного «Офиса 610» допрашивали меня в полицейском участке Наньлин. Меня приковали наручниками к металлическому стулу на всю ночь. На следующий день перевели в центр заключения Дяобиншань, где продержали 15 дней. Затем перевели в исправительно-трудовой лагерь Масаньцзя. Он был построен специально для преследования практикующих Фалунь Дафа. В то время в нём находилось около 1300 практикующих.

Металлический стул, инструмент, используемый для пыток над практикующими Фалунь Дафа в исправительно-трудовом лагере

Изоляция

Тактика изоляции применялась к вновь прибывшим практикующим или к тем, кто отказывался отречься от своей веры. Чтобы предотвратить контакт новичков с другими практикующими, главный охранник поручал сотрудникам внимательно следить за практикующими. Для изоляции практикующих было специальное место на первом этаже здания, где никто не работал и не жил. Изолированную практикующую заставляли сидеть на маленьком стуле без движений. Сотрудник сопровождал практикующую даже в туалет. Если где-то встречались две практикующие, им не разрешалось смотреть друг на друга и разговаривать.

В исправительно-трудовом лагере меня сопровождали три коллаборантки. Они пытались оклеветать Фалунь Дафа и Учителя, и заставить меня отказаться от своей веры. Я должна была в 4 часа утра уходить в изолятор и возвращаться в камеру в 11 часов вечера. Это продолжалось месяц, пока властям лагеря не понадобилась рабочая сила для уборки кукурузы. Тем не менее, коллаборантки не позволяли мне разговаривать с другими практикующими в камере.

Многие практикующие отказывались работать. Охранники запирали их на складе, некоторых заставляли сидеть на корточках до полуночи и давали им немного еды. Если на следующий день практикующие по-прежнему отказывались идти на работу, их снова заставляли сидеть на корточках.

Усиленные нападки

В конце 2002 года власти исправительно-трудового лагеря начали усиленные нападки на практикующих, которые отказывались отречься от своей веры. Из других исправительно-трудовых лагерей провинции присылали самых злобных охранников, в помощь охранникам Масаньцзя пытать и «преобразовывать» стойких практикующих.

Меня пытали и лишали сна более трёх недель. Сначала охранники изолировали меня и заставляли сидеть на корточках круглосуточно. Двое сотрудников по очереди наблюдали за мной. Я могла пользоваться туалетом только один раз в день, мне не разрешали мыться. Это продолжалось четыре дня. Я постоянно падала, поскольку была очень истощённа и хотела спать.

Затем меня заставили стоять ещё пять дней. Как только я засыпала, коллаборантки брызгали в лицо водой или волоком тащили меня по бетонному полу.

Чтобы я не уснула, меня сковали наручниками и прикрепили их к трубе отопления так, что мои пальцы ног едва касались пола. Это длилось неделю, за это время, чтобы усилить боль, меня приковывали наручниками в разных положениях. Мои запястья кровоточили, а кожа стала багровой.

После этого меня спустили на пол, скрестили ноги и связали их верёвкой, при этом сковав руки за спиной наручниками, и заставили сидеть в таком положении двое суток.

Иллюстрация пытки: связывание верёвкой и сковывание рук наручниками за спиной

Очередные усиленные нападки были годом позже, в декабре 2003 года, когда другие исправительно-трудовые лагеря снова прислали помощь, чтобы пытать практикующих в Масаньцзя. Меня заставляли сидеть на корточках и лишали сна пять дней. Увидев, что эта тактика не сработала, они привели моего мужа и сына, приказав им отговорить меня от практики. Эта попытка также не удалась.

Охранник Цуй Хун вывела меня на холод в лёгкой одежде. Погода в декабре была минус десять градусов по Цельсию. Было так холодно, что охранники, которые наблюдали за мной, менялись каждый час, несмотря на то, что были одеты в тёплую одежду. Эта пытка холодом длилась четыре дня подряд, с 6 утра до 6 вечера. Когда вечером меня заводили в помещение, то заставляли сидеть на корточках или стоять, но не давали спать. Из еды мне давали только паровые булочки и солёные огурцы.

Увидев, что я по-прежнему отказываюсь отречься от Фалунь Дафа, пятеро охранников скрестили мои распухшие ноги и связали их верёвкой. Что ещё хуже, они наклонили мне голову и связали шею с ногами, чтобы я не могла выпрямиться. Когда я закричала от боли, они заткнули мне рот половой тряпкой.

Пытки продолжаются

На Новый год, в январе 2003 года, охранники шесть дней подряд связывали мне ноги, не давали умываться и лишали сна. Я могла пользоваться туалетом только один раз в день. После того, как меня развязали, у меня так сильно болели колени, что меня выносили на руках.

В мае того же года охранники связали мне руки верёвкой и привязали к трубе отопления и косяку двери. Пальцы ног едва касались пола, и вся тяжесть тела приходилась на плечи и запястья. Эта пытка длилась более 20 дней, в течение которых мне не разрешали спать, умываться и пользоваться туалетом более одного раза в день. После этого у меня распухли ноги, а руки потеряли чувствительность. Запястья были багровыми и кровоточили, шрамы остались до сих пор.

Иллюстрация пытки: подвешивание за запястья

В октябре того же года охранники изолировали меня и заставили стоять в камере без сна более десяти дней.

Распространение слухов

Охранник Цуй распространила слухи о том, что у меня психическое заболевание, и в апреле 2004 года поместила меня в изолятор. Она позвонила моей семье и потребовала деньги на моё «лечение». Звонок ещё больше расстроил моих родственников, поскольку им не разрешали навещать меня.

Охранники отвезли меня в психиатрическую больницу Шэньяна и пытались убедить врачей поставить мне диагноз какого-нибудь психического расстройства, чтобы заставить принимать неизвестные препараты. Я сказала доктору, что, будучи учителем музыки, иногда пела про себя в исправительно-трудовом лагере, чтобы справиться с чувствами, поскольку меня пытали и я скучала по своей семье. Я объяснила врачу, что в моей семье не было психических заболеваний, и прошла психологический тест. Врач в диагнозе написал, что я психически здорова.

Охранник Цуй позже сказала мне, что, если бы я заявила, что психически больна, то имела бы право на освобождение по состоянию здоровья. Я отказалась это сделать. Если бы я приняла её предложение, у неё был бы повод колоть мне неизвестные препараты и фактически превратить меня в психически больного человека. После освобождения я никогда не смогла бы вернуться к работе.

Группы строгого контроля

Многие практикующие, в том числе и я, в марте 2005 года перестали выполнять приказы охранников в знак протеста против незаконного заключения. Мы требовали освобождения и снятия обвинения, отказывались работать, носить тюремную форму и принимать пищу. Администрация трудового лагеря поместила нас в группы строгого контроля и выделила каждой группе дополнительных охранников. Меня назначили в четвёртую группу, а старшей по-прежнему была охранник Цуй.

Практикующие под строгим контролем должны были сидеть на маленьких стульях в своих камерах с 5 утра до времени сна. Им не разрешалось вставать, разговаривать друг с другом и выглядывать в коридор. В камере были установлены две камеры для круглосуточного наблюдения за практикующими, на входе и на противоположной стене. Практикующим приходилось по очереди ходить в туалет, чтобы не встречаться друг с другом.

Демонстрация пытки: длительное неподвижное сидение на маленьком стуле

Маленькая камера

Власти исправительно-трудового лагеря и охранники пытались заставить практикующих носить тюремную форму. Когда я отказалась, меня поместили в маленькую камеру, которая находилась на верхнем этаже здания. Пол был звуконепроницаемым. Никто снаружи не мог слышать, что там происходит. Помещение размером с классную комнату было разделено более чем на десять маленьких камер, в каждой из которых была камера наблюдения и громкий динамик.

В камере была только длинная скамья. В зимнее время не было отопления и одеял, а охранники нарочно держали окна открытыми, чтобы мы ещё больше страдали. Одна практикующая получила сильное обморожение. Практикующим не разрешали мыться, они могли ходить в туалет только один раз в день. Еда всегда состояла из паровых булочек и солёных огурцов. Многие практикующие находились в камере в течение нескольких месяцев, несмотря на правила, согласно которым максимальный срок заключения составлял десять дней.

Охранники насильно кормили практикующих, объявивших голодовку, один раз в день. Когда они насильно кормили практикующую рядом со мной, динамик начинал издавать громкие звуки, чтобы заглушить её крики. Несколько охранников держали её и вставляли ей через нос в желудок пластиковую трубку. Затем они использовали шприц, чтобы втолкнуть кукурузную кашу в трубку.

Иллюстрация пытки: насильственное кормление

Пытка холодом

Когда меня поместили в маленькую камеру, практикующих, которые были в ней, заставляли весь день неподвижно сидеть на маленьких стульях. Однажды, вернувшись из туалета, мы отказались сидеть. Охранник Цуй убрала все стулья и усадила нас на тонкие подстилки. Позже Цуй убрала подушки и усадила нас на кафельный пол, который был ледяным. Это длилось полгода.

Насильственное кормление

Я объявила голодовку в знак протеста против преследования, и через пять дней охранники стали насильно кормить меня. Они затащили меня в пустую комнату, били руками и ногами. После насильственного кормления я не могла остановить рвоту. Цуй сунула мне в рот швабру, пытаясь затолкнуть еду обратно. Затем она вытерла об меня швабру.

Произвольное продление срока

Власти могли по желанию продлить срок заключения практикующих с десяти дней до года. Это была обычная практика. Охранник нашёл у Ван Шучунь статью Фалунь Дафа и сказал, что её срок продлят на один-три месяца. Мне продлили срок на три месяца.

Когда они попытались продлить мой срок ещё больше, моя мать, также практикующая, написала письма с жалобами во многие правительственные учреждения и разоблачила преступления в исправительно-трудовом лагере. Прокурор из прокуратуры Шэньяна изучил моё дело и не позволил властям лагеря увеличить мой срок. Меня освободили 19 ноября 2005 года, через три года и три месяца. Через год я вернулась к своей работе.