(Minghui.org) На протяжении многих лет я постоянно сталкивалась с проявлениями болезнетворной кармы. За веру в Фалунь Дафа меня арестовывали и на меня постоянно оказывали давление. А практикующую Мэй никогда не преследовали, и болезнетворная карма её не беспокоила.

Мой опыт научил меня быть более усердной в совершенствовании и смотреть в себя при возникновении проблем, чтобы находить и устранять человеческие представления. А Мэй всё больше занималась семейными делами и постепенно перестала приходить на коллективное изучение Закона.

Я принимала участие в некоторых проектах, цель которых заключается в том, чтобы познакомить людей с фактами преследования Дафа, но мой вклад был незначительным, и я не занимала в этом процессе важного места. В отличие от меня, Мэй в этих проектах играла главную роль и, как казалось, была незаменимой.

Понаблюдав за ней какое-то время, я пожаловалась практикующей Бай (псевдоним), что Мэй не достаточно усердна и в течение последнего года слишком сосредоточена на зарабатывании денег. Мы также узнали, что Мэй участвовала в финансовой пирамиде и потеряла на этом деньги.

Бай предположила, что Мэй нуждается в деньгах, и рассказала об этом практикующим из других районов. Практикующие, услышав о ситуации Мэй, решили поддержать её.

Я не согласилась с Бай и хотела сказать соученикам, что материальная поддержка может облегчить её жизнь, но не сможет гарантировать того, что она будет усердна на своём пути совершенствования. В конце концов, я всё же решила не вмешиваться.

Некоторые практикующие спрашивали, могут ли они передать деньги, чтобы поддержать Мэй. Я поделилась своими соображениями с Бай и попросила её передать моё мнение практикующим, но она отказалась.

На следующий день я, расстроенная, пришла на коллективное изучение Закона и поделилась с соучениками мыслями о ситуации Мэй, сказав, что её проблема кроется в совершенствовании, а не в деньгах, поэтому деньги не смогут решить её проблему. Однако Бай возразила, сказав, что мы должны помочь Мэй, и решила поговорить с ней.

Я не согласилась и сказала, что за последние десять лет не раз обсуждала с Мэй вопросы совершенствования, но она не воспринимала мои слова, желая только работать над проектами Дафа, а не совершенствовать свой Синьсин.

Смотреть в себя

Во время изучения Закона я злилась и была расстроена, но придя домой, посмотрела в себя и задала себе вопрос, нет ли у меня зависти. Казалось, я была усердной, но на меня оказывали давление и арестовывали. Мэй не была усердной, но её не преследовали. Мне казалось, что это несправедливо.

Затем я осознала, что у каждого свой путь совершенствования. Процесс преследования меня был на поверхности, и его можно было легко увидеть: меня арестовывали, на меня оказывали давление, я страдала от болезнетворной кармы.

У Мэй было много проблем, связанных с семьёй. Люди ежедневно занимаются семейными делами, поэтому трудно понять, что семейные дела тоже могут быть формой преследования, созданной старыми силами.

Сравнивая себя и Мэй, я оценивала только наш «вклад в проекты» и «аресты и оказание давления», но не обратила внимания на ту форму преследования, которую старые силы применили к ней.

Учитель сказал:

«Вы – самосовершенствующиеся, и это сказано мной не о вашем прошлом, о том, кем вы когда-то были, или о том, что проявляется на поверхности. Это сказано мной о вашей сущности и о значении вашей жизни, об ответственности, которую вы взяли на себя, и о вашей исторической миссии. Только так вы поистине являетесь учениками Дафа». («Что такое ученик Дафа»)

Мы являемся практикующими Дафа, поэтому должны быть усердными. Всё, что мешает нам быть усердными, является преследованием по своей природе, хотя эти формы могут казаться нормальными повседневными делами. Поэтому мы не можем понять, что эти дела связаны с вопросами совершенствования, и это мешает нам сделать прорыв в нашем совершенствовании.

Это понимание заставило меня осознать, что моё недовольство Мэй было порождено завистью. Я также осознала, что помощь соученице – это способ отрицания предустановления старых сил.

Другие практикующие не могут встретить такие же формы преследования, как я. Мы все идём разными путями, которые ведут к одной цели.