Falun Dafa Minghui.org www.minghui.org ПЕЧАТАТЬ

Статья из израильского воскресного журнала: В Китайскую тюрьму и обратно

14 декабря 2001 г. |   http://www.clearwisdom.net/emh/articles/2001/12/9/16647p.html

« Утверждать Закон с разумом, разъяснять истину с мудростью, распространять Закон и предлагать людям спасение с милосердием.» (канон «Разумность»)

« Разъясняйте правду всесторонне, уничтожайте зло праведными мыслями, спасайте все живые существа, защищайте Закон решительно» ( канон «Великий Закон неразрушим»)


Статья из израильского воскресного журнала Ma'ariv: В Китайскую тюрьму и обратно

30 ноября 2001

36 практикующих со всего мира и среди них, израильтянин Лишай Лемиш ( Leeshai Lemish ), организовали демонстрацию в защиту прав последователей Фалуньгун в самом сердце Китая.

Лемиш решил отправиться в путешествие на площадь Тянь-Ань-Мень, имеющую печальную славу, для того, чтобы принять участие в протесте в виде медитации, хотя он знал, что поступая так, он рискует своей жизнью, или, возможно, затеряется в лабиринте китайских тюрем. В начале его родители пытались отговорить его от совершения этого поступка, но вскоре, они стали помогать ему готовиться, чтобы успешно завершить эту операцию. Лишай был арестован и подвергся плохому обращению со стороны официальных лиц Китая. Тем временем, его мать, доктор Дафна Лемиш, пыталась уговорить СМИ Израиля, что роль «обезумевшей матери» абсолютно ей не подходит. Поскольку её сын был освобожден, и возникла надежда, что этот инцидент научит нас чему-то, связанному со статусом прав человека в мире, и статусом женщин в Израиле.

За две минуты до полудня 20 ноября, Лишай Лемиш вместе с еще одним практикующим приблизился к назначенному месту встречи на площади Тянь-Ань-Мень в Пекине, столице Китая, где 12 лет тому назад во время протеста против правительства были убиты студенты (заметка: демократическое движение за реформы и анти-коррупцию). 36 практикующих со всего мира, многие из которых никогда друг c другом не встречались, и знали, что они встретятся в 30 метрах южнее больших китайских флагов, развивающихся над площадью. Всех их объединяла китайская медитационная практика Фалуньгун, с помощью которой они совершенствуют свое тело и разум. Эта практика два года тому назад была объявлена Китайским правительством вне закона.

Они шли со всех направлений к площади, с волнением оглядываясь по сторонам, ища других, кто приехал, чтобы принять участие в этом историческом событии. Приветствуя друг друга слабым кивком головы, теплыми и дружескими взглядами, они собрались вместе. Без разговоров, они построились в ряды и после этого сели в позиции лотоса, для того, чтобы начать одно из медитационных упражнений Фалуньгун. Действие , которое могло бы им стоить жизней или долгих сроков заключений в Китайских тюрьмах .

Многие присутствующие на площади собрались вокруг и наблюдали, как некоторые практикующие развернули большой флаг с надписью «Истина, Доброта, Терпение». Туристы, похоже, понимали, что этот инцидент не закончится тихо и мирно, в то время как в нескольких сотнях метров в стороне находились здания Китайского правительства. Как обычно, на площади находилось много милиционеров в черной униформе и в штатском, как говорится в шутке - на каждого туриста приходится по четыре переодетых милиционера. Неожиданно тишина на площади была нарушена. Милиция начала прибывать со всех направлений, и милицейские машины остановились вблизи практикующих. В то время, как все это происходило вокруг них, одни практикующие продолжали спокойно сидеть в позиции лотоса, в полном молчании и с закрытыми глазами, другие твёрдо и уверенно держали над головой знамя.

Практикующие планировали медитировать на площади в течении десяти минут, затем быстро разойтись, и вернуться домой. Но через три минуты, прибывшая полиция, силой втолкнула их в милицейские машины.

От занятий бейсболом до Китайской тюрьмы.

Лишай Лемиш, 23-х лет, израильтянин, который в течение последнего года был студентом колледжа Помона в Калифорнии, узнал о Фалуньгун случайно, с помощью Майкла Джордана. «Все это началось, когда я играл в бейсбол за Национальную Команду Израиля. Я искал пути, чтобы повысить влияние своего мышления на мою игру. Я слышал, что Майкл Джордан так сильно концентрировался, что даже после броска мяча, он все еще обдумывал директорию его полета в корзину. Перед играми я начал воображать, как бы я хотел отбить мяч, и что бы я хотел, чтобы произошло… и в одной из игр, то, о чем я воображал, действительно произошло, это было похоже на просмотр фильма, как-будто я знал, наперёд, что должно произойти». Я был удивлен видеть влияние моего сознания на игру. Вскоре после этого, я прочитал об учителе медитаций, который работает с атлетами. От него я узнал, что внутри нас есть нечто большее, чем просто стремление к успеху в бейсболе, что внутри нас лежит понимание о самой жизни и о нас самих. Я начал практиковать все виды медитаций – Йога, Дзен, Тай Чи, Визуальное воображение, Випасанна, и другие.»

«В день моей практики по Тай Чи, в парке Яркон, я наткнулся на стол с материалами о Фалуньгун и начал говорить с Чангом ( Chang ), практикующим из Китая, живущем в Израиле. Я быстро обнаружил, что это было то, что я искал, так как обычно другие практики не включают в себя принципы физического и духовного повышения. Я начал выполнять упражнения, смотреть видео-кассеты с лекциями, и я был поражен силе этой системы».

«Когда я приехал в Америку, чтобы учиться, по соседству я нашел тех, с кем можно было практиковать. Мы раздавали листовки с приглашением присоединиться к нам другим, и каждый день люди приходили, чтобы учить упражнения. Это было тогда, когда я узнал о преследовании практикующих в Китае. Я действительно был тронут их историями и стойкостью, и решил, что я должен что-то сделать, чтобы помочь им. В начале мы делали простые вещи, такие, как раздача листовок. Затем мы встречались с мэрами и членами городского совета для того, чтобы информировать их о действиях служащих Китайских Консульств в США, которые следили за нашими действиями, угрожали практикующим, и преследовали членов семей, которые все еще живут в Китае.»

«Прошлым летом я организовал мероприятие перед зданием Китайского Консульства в Сан-Франциско. Каждый час, в течение 12 дней, сменяя один другого,практикующие сидели в позе медитации, протестуя против насилия и смерти, творящихся в Китае по отношению к практикующим Фалуньгун.»

«… Около полутора месяцев тому назад, я услышал, что практикующие со всего мира, собирались организовать поездку на площадь Тянь-Ань-Мень. Это сердце Китая, место, которое ежедневно посещают тысячи туристов. С того времени, как Фалуньгун был запрещен в Китае два года тому назад, практикующие со всего Китая, приезжают туда, чтобы выразить свой мирный протест. Некоторые из них идут туда пешком, преодолевая несколько тысяч километров, только для того, чтобы встать посреди площади и сказать: «Фалуньгун – хороший!» « Прекратите преследование практикующих Фалуньгун», зная, что их наверняка арестуют. Поэтому, когда я услышал о том, что другие хотят поехать в Пекин и выйти на площадь, я понимал, что они хотели сделать».

Поездка.

Тихий протест в виде десятиминутной медитации на площади Тянь-Ань-Мень был хорошо подготовлен. Участники не открывали свои данные, из-за боязни, что если о деталях станет известно, то их могли бы остановить перед въездом в Китай. Больше всего они опасались того, что будут арестованы, а затем исчезнут, как это случилось со многими Китайскими гражданами за последние несколько лет. Дата была назначена на 20 ноября в 14.00, время, когда возможен самый большой доступ дял СМИ Соединенных Штатов и Европы. Все детали были обговорены и подготовлены через электронную почту. Они договорились, что они сами сделают все личные приготовления, и самостоятельно доберутся до площади за пять минут до установленного времени.

«Я знал только несколько человек, - сказал Лемиш, - и мы действительно не знали, сколько всего практикующих приедет. Когда мы добрались до места, то начали искать других. Я начал думать, что мы, наверно, будем вынуждены это сделать самостоятельно. Я знал, что вполне вероятно, что нас арестуют, и что могут произойти еще более опасные вещи. Нашей целью было медитировать на площади, и это все, что мы планировали. Мы не хотели ограничивать наши действия мыслью о том, что могло произойти после медитации».

«Я начал готовиться за несколько недель до этого. Я старался сохранять ясное сознание и не поддавался разрушающим мыслям и страху. Старался не отвечать на такие вопросы как «Что может произойти?» Я посвятил больше своего времени медитациям и особенно в позе лотоса, для того, чтобы развить мою способность выносить боль, если меня ударят. Боль, такая, как боль в ногах, является возможностью для избавления от плохих вещей из тела практикующего. Практикующий не должен фокусироваться на боли, боль не должна рассеивать его внимание, и практикующий не должен избегать встречи лицом к лицу с болью. Однажды уничтожив страх, будет уничтожен и источник, порождающий этот страх. Я фокусировался на позитивных мыслях, и думал о том, как все будет благополучно. В конце концов, мы смогли успешно выполнить это, и удивили весь мир».

«Мы хотели, чтобы Китайцы знали, что Фалуньгун практикуют во всем мире, и что преследование является несправедливым и неприемлемым. Мы хотели, чтобы Китайцы узнали, что практикующие со всего мира приехали, чтобы помочь и объяснить им, что их собственное правительство лжет им».

Родители узнают о событии.

Родители Лишая – доктор Дафна Лемиш, глава департамента Коммуникаций в Университете Тель-Авива и доктор Питер Лемиш – знали о его секрете, и даже пытались отговорить его от участия… «Несколько недель тому назад он намекнул, что был вовлечен во что-то очень особенное и важное, - рассказывает его мать, Дафна, - но мы не знали точно, что это было. Когда план созрел, он поделился с нами деталями по специальной электронной почте, которую мы создали именно для этих целей. Мы используем коды, которые понимают только члены нашей семьи. Например, он сказал нам, что событие на Площади произойдет в день, когда его сестра учится в школе в течение полу дня, черз час после ее последнего урока».

«Когда мы узнали детали, естественно, мы пытались уговорить его, используя разумные аргументы, не рисковать так сильно. Мы боялись за его жизнь, и сказали ему, что он собирается принимать участие в протесте против диктаторства, которое применяет пытки и убийства. Мы спросили его, не боится ли он того, что может произойти? Например, если ему в багаж подбросят наркотики, а затем отправят его в Трудовой лагерь на годы. Есть свидетельства, что диктатура в Китае не только делала такие вещи, но также и выбрасывала практикующих Фалуньгун из окон, заявляя, что они совершили самоубийства».

«Мы спорили, утверждая, что он наивен, а он отвечал, говоря, что приближаются Олимпийские Игры, которые могут изменить тактику Китайского правительства, потому, что это может повредить их международному имиджу, и что сила этой акции состоит в том, что в ней участвуют представители из различных стран, поэтому в это будут вовлечены многие посольства и представители СМИ всего мира».

О роли СМИ.

СМИ также играли важную роль в этом процессе. Практикущие Фалуньгун верили, что СМИ всего мира будут активно освещать это событие, и что фотографии ареста помешают Китайскому правительству отправить их в тюрьму. По этой причине, доктор Лемиш подготовил план действий.

«Они заранее подготовили пресс-заявление, и как только станет известно, что они арестованы, заявление появится на сайте Интернет. Лемиш подготовил личное заявление, тоже. Они подготовили хорошо продуманный план действий, в случае, если они будут арестованы. «План призывал нас искать как можно больше возможностей для освещения этого события международными и местными СМИ». Их план также включал практикующих, которые действовали, как туристы, для того, чтобы сделать фотографии и видео-запись, в добавление к СМИ, которые будут приглашены для документации этого события».

«Мой второй аргумент состоял в том, что я не думал, что СМИ будут заинтересованы просто в репортаже о том, что несколько практикующих медитируют на площади Тянь-Ань-Мень. Это само по себе не является новостью; только если там будет насилие, тогда это будет интересной новостью. «Верь мне, там будут новости», - сказал он. Они точно знали, какой у них будет опыт. Они знали, что было много шансов, что они будут арестованы, что им не позволят просто так сидеть там, и что, в конце концов, это привлечет большое внимание СМИ».

«Я пытался привести другой аргумент, - говорит отец Лишая, - например, что движение Фалунь Дафа и люди вокруг, получат большую пользу, если он продолжит свои активные действия в Калифорнии, а не будет терять время в Китайской тюрьме. От этого, тем более, не будет никакой пользы. Я пытался рассуждать, как они. Так как они против насилия. Я спорил: «Своим протестом, вы провоцируете милицию и даете ей шанс использовать силу против вас. Вы пытаетесь действовать гуманно, но, тем не менее, вынуждаете их применять против вас насилие». Я пытался использовать обратную психологию, пытаясь убедить его через его собственные теории. Поэтому, я сказал ему: «Это то же самое, что выставлять алкоголь перед тем, кто пытается бросить пить». На это у него больше не было ответов, и он сказал, что он обсудит это с другими. Я спросил, думали ли они о том факте, что они могли на самом деле нанести вред Китайским практикующим?»

«Ни один из наших аргументов не был эффективным, и я начала понимать, что мы не только не сможем отговорить его, но и что у нас нет моральной основы поступать так, особенно после того, как он сказал: «Мама, вообрази, каким бы был мир, если бы Нельсон Мандела или Махатма Ганди следовали бы страху и опасениям своих родителей?» - Я должна была признать, что у меня не было ответа на этот аргумент.

«Конечно, каждой матери больно думать о том, что ее сын находится в опасности, но как гуманист, что я могла сказать ему? Это правда, что без мужественных действий тех, кто рисковал своей жизнью ради счастья и свободы других, мир бы просто не выстоял. Он также сказал мне: «Так ты меня воспитывала». И он был прав. Он вырос в семье активистов, беспокоящихся за социальные события. С ранних лет, он принимал с нами участие в протестах, в Израиле и в Соединенных Штатах. Поэтому, я не могла сказать ему, что когда действительно что-то случится, слушай своих маму и папу, которые боятся за твою жизнь. Питер рос в Соединенных Штатах, сопротивлялся поездке во Вьетнам, и был активистом движения за права человека. Он активно ищет развития сосуществования здесь, и уже в 1973 году, призывал к межгосударственному соглашению (прим. переводчика: имеется ввиду, соглашение между Палестиной и Израилем). Лишай вырос в такой семье, и впитал в себя наши ценности».

«Когда я осознала, что не могу его переубедить, и что он был готов к тому, что его могут избить или подвергнуть другим формам насилия, я начала думать о том, как помочь уменьшить опасность последствий этого мероприятия и как это лучше организовать».

Оперативный центр в Университете.

".... Согласно самому худшему сценарию, он мог быть арестован с последующим исчезновением. Поэтому, мы решили, что должны продумать свои действия в случае, когда мы узнаем об аресте, и, возможн, о его исчезновении. Поэтому мы решили, что как только нам станет известно о его аресте, мы немедленно должны информировать об этом СМИ. Тогда, это сделает трудным для Китайского правительства спрятать его. Поэтому я подготовила список людей, которых нужно будет обзвонить в этой ситуации – посольства, номер телефона для срочных звонков Министру Иностранных Дел, представителям СМИ, людям, которые знают людей, которые … »

« И, как только мы услышали об этом, я действовала именно так, как заранее запланировала. Я не паниковала и не позволяла себе и на минуту думать о том, что могло произойти. Я полагаю, что в последней нашей беседе, когда мы сказали ему еще раз, как мы гордимся им, и что мы очень поддерживаем его, мы, как бы влили энергию и придали силы друг другу. С момента, когда мы приняли факт его поездки в Пекин, я знала, что мне необходимо всецело верить в него».

«Во вторник, ранним утром, за пол часа до назначенного времени в Китае, доктор Лемиш приехала в свой офис и повесила на дверь табличку «Не беспокоить». За десять минут до того, как ее сын должен был начать свою медитацию в Китае, она думала о том, чтобы мысленно быть вместе с Лишаем. «Я сказала себе, что сейчас я должна спокойно сидеть, сконцентрироваться и иметь позитивные мысли. Я должна заметить, что я пыталась сделать это изо всех сил, но у меня не хватало терпения и выдержки. Я позвонила Питеру, который в то время работал и находился в Англии. Мы вдохновили друг друга, и решили надеяться на лучшее. А после этого, я попыталась начать работать».

«Через полтора часа мне позвонила его подруга из США. Лишай звонил ей из тюрьмы, чтобы мы узнали, что его арестовали, и что с ним все в порядке. Я сразу же позвонила Питеру и мы начали действовать. Я сказала самой себе: пришло время действовать, и начала следовать плану, который мы подготовили. Хотя я была вовлечена в это не по своей воле, я должна была сделать все возможное, чтобы добиться его освобождения, потому что если просто сидеть, ничего не предпринимая, или плакать, то этим никому не поможешь».

"Вначале я позвонила по экстренному номеру офиса в Министерство Иностранных Дел. Они сказали мне, что если Лишай въехал в Китай по своему Американскому паспорту, тогда США буду ответственны за него, и что, возможно, это будет к лучшему, так как он был в составе американской группы, а группового освобождения добиться легче. Питер связался с Американским консулом в Пекине, который сказал ему, что они следят за ситуацией и объяснил, что они могут быть задержаны до четырех дней, без разрешения на переговоры с официальными лицами Посольства. «Это было очень нелегко слышать, - рассказывает Питер. - Мы знали, что он был арестован и что никто не мог увидеть его в ближайшем будущем. У меня не было никакого представления о том, как долго это может продолжаться, находится ли он в безопасности, в каких условиях его содержат. Я подготовил себя к тому, что, возможно, это будет продолжаться в течение долгого времени».

Телефоны звонили безостановочно в Операционном Центре, который она устроила в соем офисе университета – Министерство Иностранных Дел, Американское Посольство, газеты и радиостанции, сайты интернет, Питер из Англии, подруга ее сына, Сара из США.

«С одной стороны слухи утверждали, что Радиостанция Китая передала сообщение о том, что они были арестованы и депортированы. То, что больше всего нас беспокоило, что сайт Фалуньгун сообщил, что было арестовано 36 человек, а Китайские сайты сообщали о 35. Мы беспокоились о пропавшем человеке. На самом деле, на Интернет попадало много различных, иногда неточных данных о количестве людей. Никто определённо не знал, что произошло, и все цитировали информацию других. Это продолжалось 24 часа. Мы понимали, что могло пройзойти все, что угодно. Но мы знали, если он не будет подписывать никакие декларации, то у них не будет повода отправить его в тюрьму».

Арест.

В то же время, Лишай был арестован в Пекине. Он приехал туда за день со своим другом Бредом. Они вдвоем поехали в гостиницу в Пекине, и немедленно нашли скрытую камеру, которая является неотъемлемой частью комнат в зданиях Пекинских отелей. Для того, чтобы не казаться подозрительными, они выполняли упражнения Фалуньгун в углу темной комнаты, откуда их невозможно было увидеть через камеру. На следующее утро, они поехали в Заброшенный Город на площадь Тянь-Ань-Мень, чтобы проверить место. Лемиш: «Мне казалось, что всё это нереально. Это было похоже на жизнь во сне. Вот, наше место. Вот, она знаменитая, огромная площадь, историческое место. Я, практикующий Фалуньгун, нахожусь здесь, и никто не знает об этом. Я сказал себе, что я буду здесь два дня, и никто пока не должен знать о том, что должно произойти. В этом месте особенно тихо, но это очень обманчивая тишина...».

Утром 20 числа, эти два человека подготовились для быстрого отъезда из Китая. Они оставили свои вещи в камере хранения в аэропорту, чтобы быть готовыми к обратному рейсу самолета в тот же день, после полудня. По дороге на площадь, Лишай говорил с водителем такси на плохом китайском, и узнал, что водителю не нравилось правительство. Но он не сказал ему, что он был согласен с ним, и что они ехали протестовать против правительственного преследования. В десять часов утра, они приобрели билеты в Заброшенный Город, на случай, если они должны будут быстро убегать, и будут вынуждены затеряться среди сотен туристов. Они также приобрели билеты на метро, и продумали все возможные маршруты для побега.

«Во время обеда, я начал ощущать все виды страха, но я контролировал себя, старался быть внутренне спокойным и мне со временем это удалось. Я напомнил себе о том, зачем мы приехали: защитить Закон, помочь другим. Это позволило мне сфокусироваться на чувстве долга, а не на самом себе. После обеда, мы пошли на площадь, нашли места, где можно было посидеть и начали ждать. Время шло медленно. Наконец, без десяти минут два, мы начали двигаться в сторону условленного места. Мы увидели нескольких людей издалека, и поняли, что мы не будем одиноки. Нас очень вдохновило, что там собрались люди со всего мира, большинство из которых не знали друг друга, которых объединила идея выполнить миссию, ради которой мы приехали сюда. Мы встретились и пожали друг другу руки. После этого, мы просто сели на землю. Мы видели, что вокруг нас было много людей, и что все они смотрели на нас».

«Мы также заметили, что некоторые милиционеры подозрительно смотрели на то, что мы делали. Я увидел приближающиеся милицейские машины. Мы сказали: «начинаем» и сняли обувь. Флаг был развернут у нас над головами. Мы подняли наши правые руки перед грудью – знак, который в Китае с древних времен ассоциируется с борьбой за права человека».

«Мы выкрикнули одно Китайское предложение, и после этого я закрыл свои глаза. Затем, я услышал звук милицейских сирен, скрипящие колеса, звук открывающихся дверей, и шаги бегущих милиционеров. Я продолжал сидеть с закрыми глазами, зная твёрдо, что я не сделал ничего плохого, и приказал себе оставаться в таком положении настолько долго, насколько это возможно. Я слышал вокруг себя шум и чувствовал суету бегающих людей. Внутри я улыбался и думал: я сижу здесь на площади Тянь-Ань-Мень с 35 другими практикующими со всего мира. Мы все были сосредоточены и спокойны, поддерживая друг друга. Хотя я находился в месте, где других убивали, я был спокоен».

«Когда они приблизились, мы начали цитировать формулу Фа Джен Цян Кун, Сие Э Цуань Мие. Мы выкрикивали это, и наши голоса усиливали друг друга. Затем, я начал слышать все меньше и меньше голосов, пока не остался только мой голос. После этого я понял, что всех уже утащили отсюда. Там было много шума и беспокойства. Затем, я почувствовал на себе несколько рук. Я не сопротивлялся, но я сконцентрировался на том, чтобы мой вес не отрывался от земли. Они оттаскивали мою правую руку, но я легко мог ее вернуть в прежнее положение. Я сказал себе, что я остаюсь здесь, и что я тяжелый, и они не могут поднять меня. Я действительно чувствовал, что я был очень тяжелым в тот момент, но неожиданно я почувствовал страх, и они все же смогли поднять меня, и после этого утащить в милицейскую машину. Когда они сделали это, я кричал снова и снова: «Фалунь Дафа – хороший!», пока они не затащили меня внутрь машины».

Избиение и возвращение домой.

В милицейском участке, практикующие смогли использовать к всеобщему удивлению, мобильные телефоны, чтобы весь мир узнал, что они арестованы. На допросе они пытались объяснить, что их действия были продиктованы хорошими намерениями, но некоторые из них были избиты, когда они отказались подписывать заявления, написанные на китайском языке. Один из милиционеров, схватил Лишая, ударил его и закричал на него на Китайском языке. «Я сказал ему, что я совсем немного знаю китайский язык, и что я не понимаю. Он стал злым, встал передо мной, крича и ругаясь на английском языке. Он говорил: «Вы приехали сюда, чтобы создавать проблемы для меня». Затем он сильно ударил меня по лицу. Я спросил его: «Почему Вы это делаете?» И повторил другие предложения, которые я знал на китайском языке. Он полностью обезумел, толкнул меня к стене и ударил ногой между ног. Он начал задавать мне вопросы, но я отказывался предоставить ему информацию о других, или плохо говорить о Фалуньгун».

Практикующим заявили, что правительство не будет держать их в Китае из-за интернационального состава группы, что действительно было правдой, и они были высланы из страны через 28 часов после ареста. В 25:45, следующего вечера, Лищай прилетел в Ванкувер босиком – его обувь осталась на площади Тянь-Ань-Мень, когда он был арестован – голодный и уставший. Он позвонил своей матери и радостным и усеренным голосом, наполненным счастьем, сказал: «Со мной все в порядке, все закончилось, мама».

Не хочу быть плачущей матерью.

Лишай и его мать сделали разные выводы из этого события. Не каждый день СМИ находят Вас, как какую-то актрису, вовлеченную в события, интересующие СМИ. Дафна Лемиш предстала в роли, в которую ее втянули, как мать героя, который был без вины арестован, а потом подвергнут плохому обращению. Это событие предоставило ей много профессиональных материалов, например, для ее научного семинара на тему: Женщины в Израильских СМИ.

«Я многое узнала о себе, о моем сыне и о Фалунь Дафа в свете этого события", - сказала она.

[...]

«В добавление, я нашла себя в роли принудительного спикера Фалуньгун. Я начала читать для того, чтобы говорить интеллигентно, и начала больше понимать. Я не могу сказать, что я выполняю упражнения, но я думаю все это сильно повлияло на меня. Я думаю о себе, как о рациональном человеке, который работает на рациональном месте – в университете. Однако, мы также знаем, что наука не имеет ответов на все вопросы, которые у нас есть.»

«Когда я слышу об их опыте пребывания в тюрьме, и как они повлияли на охранников, как они выносили физическое насилие, не ощущая боли, это наводит меня на мысль – что мы знаем о духовной стороне нашей жизни? Что мы, на самом деле, понимаем обо всем этом? Я не могу просто так освободиться от этих мыслей и вопросов. В течение долгого времени я боялась, что нас втянули во что-то, с чем мы не соместимы, что мы можем потерять Лишая, но, в конце концов, я вижу только позитивные вещи. В Фалуньгун нет никаких гуру, нет денег, которые делаются на стороне, нет ритуалов, нет религиозных церемоний. Я искала везде, чтобы найти ошибки, но я все еще не нашла ни одной.»

Со своей стороны, Лишай верит, что этим поступком, они достигли своей цели. Миллионы людей услышали сообщение о том, что мир не должен оставаться безучастным и равнодушным перед лицом преследования Фалуньгун, осуществляемого Китайским правительством. “Нет никаких разумных причин для того, чтобы избивать того, кто сидит в публичном месте под флагом с надписью «Истина, Доброта, Терпение». Многие люди сейчас уже знают о том, что происходит, и это существенное изменение в сознании, которое у них произошло. Я верю, что это поможет многим людям сделать шаг вперед, чтобы поднять свой голос в защиту угнетённых, чтобы поддержать усилия по разъяснению правды о нарушениях прав человека в Китае. Это то, что мы хотели сделать, мы рисковали жизнями, чтобы донести людям эти послания».

"... Казалось, он был готов ответить на вопрос, почему гражданин Китая должен рисковать своей жизнью ради соблюдения прав человека в Китае: «Многие люди спрашивали меня, почему ты не сражаешься за права Палестины, против социальных неустройств в Израиле, против уничтожения «плачущего леса», и т.д. В нашем мире есть много вещей, которые неправильны, и я тратил много своего времени на эти вещи. Но я думаю, что ситуация в Китае особенная, потому, что там есть две, явно противоположные стороны – одна представляет собой добро, другая – зло. Я решил действовать, потому что я не нашел таких драматических противоположностей в любых других конфликтах. Я практикую Фалунь Дафа и это полностью изменило меня. Я благодарен Учителю за то, что у меня была возможность сделать что-то хорошее для Фалунь Дафа. Я не мог просто спокойно смотреть на это, потому, что я не могу вообразить, что людей убивают только за то, что они хотят стать лучше».

Источник информации: http :// www . clearwisdom . net / emh / articles /2001/12/9/16647 p . html